– Да, заморская, с наворотами. Шьёт замечательно.
– И прекрасно. А у меня к моей «Туле» точно такая же прошлым летом добавилась. Реципрокная. Взял для резерва. Я вам скажу – здесь можно обзавестись чем угодно, разве что автомобиль не вынесут. Как-то иду и вижу рядышком с площадкой пакет. Подхожу, заглядываю и глазам не верю – новенький плеер «Rolsen». С проводами и пультом, нет только инструкции. Принёс домой, включил – не раскрывает диск и на табло выбрасывает канделябры. Из-за этого, видимо, и вынесли. Я, недолго думая, полез в Интернет, нашёл инструкцию к этому плееру, распечатал, ознакомился, и в пять минут наладил. И подарил его младшему сыну, у него как раз не было плеера. Вот так из рук в руки плеер нашёл нового хозяина и выполняет предназначенную ему роль. А видеомагнитофонов сейчас выносят пачками! Избавляются, переходит народ на DVD и плееры.
– А у меня и то, и другое, много ценных записей на видеокассетах, жалко выбрасывать. – поделился Денис.
Арбелин поддакнул:
– Я тоже пока держу видеомаг и кассеты. Целый архив. Оцифровать весь этот архив – долгая морока. Но придётся.
Через одну площадку ждала экскурсию новая картина: мужчина и женщина грузили на тачку деревянные оконные блоки. Арбелин пояснил смысл:
– Сейчас многие ставят окна по-европейски, пластиковые, а наши деревянные российские стандарты выбрасывают. А дерево-то хорошее, сухое, вот его и подбирают владельцы частных домов или те, у кого есть дачи, увозят для своих надобностей. Польза несомненная. Эти на тачке приехали, а чаще ездят и подбирают на автомобилях с прицепными тележками.
И это было ещё не всё в этот день. На последней мусорке блистала на солнце неплохая, абсолютно целая, хоть и старого образца, стенка для гостиной, даже со стёклами.
– Вот это да! – восхитился Денис. – Это же и в мебельный магазин не надо идти.
Арбелин рассмеялся:
– И вполне возможно простоит она здесь до завтрашнего утра, а утром её погрузят на машину, которая проезжает по площадкам и подбирает выброшенный хлам. Так что можешь нанять машину и увезти домой.
– Много места займёт. Да и не современно.
– Вот это точно. – согласился Арбелин. – В Ноябрьске, где меня чуть не укокошили, в те годы на мусорки выносили целые гостиные и спальные гарнитуры. Лучше этого. Нефтяники, денег много, как только хлынул в Россию поток заморской бытовой прелести, начался буквально массовый выброс на улицу прежней чешской и гедеэровской мебели. А она была престижной в советские времена, в очередь записывались за ней. Начал народ менять на итальянскую.
Денис поделился своим наблюдением:
– Я наткнулся как-то в Инете на интервью с актрисой Ольгой Аросевой. Она обставила свой дачный дом мебелью с мусорки. Кто-то из богатых соседей переустраивал свою фазенду на европейский лад и вынес старую мебель. А там антикварные стулья и кресла. Она их принесла, почистила и они засияли. Это она журналистке рассказала, когда та восхитилась её креслами.
– Вот видите! Такова картина реципрокности, впаянной в обычную технологию городской санитарии, по всей стране. И по всему земному шару. Тот ходун, который в коже месяц красовался, с увлечением рассказывал мне, что в Америке есть среди ходунов по мусоркам даже миллионеры. Где-то вычитал. Но главное не это. Я в своём исследовании пришёл к выводу, что человек ещё не утратил реципрокную доброту и бережливость. Достаточно много людей, которые думают не только о себе, готовы поделиться, отдать своё кому-нибудь, кому оно может пригодиться и помочь в жизни. На днях наткнулся на пакет детских вещей. Сверху записка «Все чистое и выстиранное». Разве не по-человечески?
Так, переходя из одного квадрата домов в другой, осматривая площадки и типажи ходунов, беседуя, не спеша обошла экскурсионная троица тринадцать площадок, завершив своеобразный круговой маршрут радиусом с полкилометра вокруг дома Арбелина. К концу обхода у Альфы с Денисом прибавился в их сознании замечательно поучительный и полезный кирпичик знания и понимания жизни.
Экскурсию прилежно заснял на видеокамеру приклеившийся к «шайке-лейке» Ляушин. Для себя он с наслаждением брал в фокус соблазнительную Альфу.
Через три дня Арбелин призвал учеников на следующий семинар и начал как всегда с весёлого, но несколько шокирующего.
– Сейчас я покажу вам, что происходит с яйцами у человека, захваченного творческой фасцинацией. Вчера со мной случилось. Пойдем на кухню, покажу.
Альфа с Денисом растерянно переглянулись. Фраза смутила обоих.
Арбелин растерянность учеников не заметил, позвал:
– Идёмте, идёмте, покажу картину сюрреалистического искусства.
Они вошли на кухню.
– Смотрите на потолок над плитой. Что вы видите?
Потолок, словно дробью, был заляпан какими-то непонятными ошмётками.
– Сюрреализм! Или абстрактное полотно? - Арбелин весело рассмеялся.
Денис с Альфой недоумевали.
– Это следы от взрыва куриного яйца! – со смехом расшифровал Арбелин.
Только тут дошла до Альфы и Дениса двусмысленность фразы о яйцах.
Оба рассмеялись.
– А как это получилось? – спросила Альфа.
