Около девяти мы выходим в тишину сентябрьского вечера. Как и тогда, на вечеринке для соседей, мне странно от мысли, что я провожу вечер субботы с Ноем и Райаном. Особенно с Райаном. Когда мы добираемся до угла нашего блока домов, парни глубоко погружены в разговор о спорте. Я отстаю от них на пару шагов, мысленно то и дело возвращаясь к Энди и Мэтту. Вместе ли они, какие у них планы, говорят ли они обо мне, жалеют ли…
– Прием, космонавт, мы на месте, – говорит Ной.
Я с удивлением понимаю, что прошло уже десять минут.
Мэдисон и правда живет от нас в паре кварталов, в одном из тех домов, которые часто видишь у нас в районе: слишком большом, украшенном лепным фасадом, с огромными окнами и цветами в горшках на ступеньках крыльца. Но никаких следов грядущей вечеринки я не вижу. Двор не усеян пластиковыми стаканчиками, из окон не доносятся раскаты музыки, никого не тошнит на подъездной дорожке. Даже вереницы припаркованных джипов – фирменной визитки пижонской братии – на улице нет. Я подозрительно смотрю на Ноя и Райана:
– Вы уверены, что это ее дом?
– Я же говорил, будет тихо, – отвечает Ной. Потом, не постучав, открывает дверь. – Эй! Мэдисон?
– Она в подвале, – кричит кто-то в ответ. Голос женский и, хотя и приглушенный, кажется знакомым. Я пытаюсь понять почему, но не могу вспомнить. Тем временем до наших ушей доносится шум слива, потом журчание воды, а потом дверь открывается и на пороге появляется она. Мира Рейнольдс.
– Привет-привет! – практически пропевает Мира. На ней шорты с высокой посадкой и настолько короткий топ, что его вполне можно считать за лифчик, темные волосы уложены мягкой волной. Она наклоняется вперед, обнимает Ноя (это кажется странным), Райана (это еще более странно) и меня (совсем уж ни в какие ворота). Мира Рейнольдс. Самая злобная и жестокая из всех пижонок. Она издевается, что ли? Тот случай с «Эллой» был меньше трех лет назад. И это был один из худших дней в моей жизни. Она вообще помнит, кто перед ней?
– Мэдди внизу. Вы немного рано, но это не страшно. Я только что разговаривала с Шоном и остальными, они будут около одиннадцати.
Обожаю пижонок. Три предложения, а я уже чувствую себя слишком нетерпеливой, слишком незначительной и вообще неуместной.
– Эй. – Ной хватает меня за руку. – Пойдешь вниз?
Я замираю. Тут мы имеем дело не со случайным прикосновением, как на прошлой вечеринке. Это моя рука. И ее сжимает рука Ноя Каплана. Разумеется, это ничего не значит, поскольку мы стоим на пороге дома девушки, с которой Ной иногда целуется, спрятавшись за холодильником. И все же. Мне нравится, как выглядят его пальцы, обнимающие мою ладонь. На этой руке нет гипса. То есть не на моей, конечно. На моих обеих руках ничего нет. Я про руку Ноя. Это его правая рука. И моя левая, на которой пальцы покрыты мозолями от гитарных струн. Здорово. Просто отлично. Надеюсь, Ной обожает мозоли.
А потом он просто отпускает меня, и теперь уже совсем ничего не понятно. С другой стороны, пока я мучилась, пытаясь осознать наличие и отсутствие руки Ноя на моей руке, ход моих мыслей изменился. И, спускаясь в подвал дома Мэдисон, я уже не думаю о Мэтте и Энди. Так что, видимо, надо отдать Ною должное.
Я следую за парнями вниз по лестнице и оказываюсь на вечеринке, которая и правда довольно тихая. Тут всего-то человек двенадцать, не считая нас. Сейчас все сидят на изогнутом диване, пьют что-то из пластиковых стаканчиков и спокойно наблюдают за двумя пижонами, которые играют в компьютерную игру. Никакой суеты, никого не тошнит, никто не шатается по комнате в подпитии. Спокойная и необычная минутка с пижонами. Я и правда чувствую себя антропологом. Тайная жизнь пижонов. Пижоны: такие же, как мы! Следовало бы вести полевые заметки. И потом получить кандидатскую степень за исследование пижонов.
Спустя секунду в комнате появляется Мэдисон. Она прекрасна, как единорог, в том числе благодаря обтягивающему платью. Волосы у нее накручены и мягко покачиваются, когда она наклоняется обнять нас, словно в рекламе шампуня. Когда мы оказываемся настолько близко, ее цветочный аромат ощущается острее, чем мне запомнилось. Для девчонок вроде Мэдисон он всегда кажется естественным, частью их биологии. Уверена, я-то пахну маминым порошком.
– Напитки на столе сзади вас, – объясняет Мэдисон. – Разбавить их пока нечем, но моя сестра обещала принести что-нибудь безалкогольное.
Вид у нее довольный, как у менеджера ресторана, и это даже мило. Мэдисон не кажется расслабленной или довольной собой, но точно выглядит довольной обстановкой в целом. Так могла бы выглядеть распорядительница на свадьбе, которой выпало полюбоваться идеально поставленной церемонией. Думаю, Мэдисон не пила.
А вот Райан и Ной тут же направляются к столу со спиртным.
– Малышка Г., Кити-Кэт, хочешь что-нибудь? – спрашивает Ной.
Я рассеянно качаю головой, наблюдая за тем, как Райан опрокидывает в себя стаканчик – это будто сцена из подросткового фильма про студентов. Тут же рядом с ним как по волшебству появляется Крис Ригли и дает ему пять.
Ной подходит ближе.
