Промонополистическая партия неправа, когда описывает картели языком экономики крупномасштабного производства. Монополистическая концентрация, говорят они, как правило, снижает средние издержки производства и тем самым увеличивает количество капитала и труда, которые можно использовать для дополнительного производства. Однако не нужен никакой картель, чтобы устранить завод, имеющий высокие издержки. Конкуренция на свободном рынке достигает этого результата без всякой монополии и монопольных цен. Наоборот, часто целью поощряемой государством картелизации является именно сохранение заводов и ферм, которые свободный рынок заставил бы прекратить операции как раз потому, что их производство характеризуется слишком высокими издержками. Например, свободный рынок устранил бы субпредельные фермы и сохранил бы только те, производство на которых окупается при существующей рыночной цене. Но Новый курс предпочел другое решение. Он заставил всех фермеров пропорционально сократить объемы производства и посредством этой монополистической политики поднял цены так, что производство на субпредельной земле снова стало оправданным.
Не менее ошибочными являются и выводы, полученные в результате смешения экономии от стандартизации продукции и монополии. Если люди желают иметь только один стандартный тип определенного товара, то производство некоторых изделий может быть организовано более экономичным способом, что соответственно сократит издержки. Но если бы люди вели себя именно так, то стандартизация и соответствующее снижение издержек произошли бы и в отсутствие монополии. С другой стороны, если некто заставляет потребителей довольствоваться только одним стандартным типом продукции, то он не увеличивает их удовлетворения, а причиняет ему ущерб. Диктатор может считать поведение потребителей весьма неразумным. Почему бы не одеть женщин в униформу, как солдат? Почему они сходят с ума по индивидуально подогнанной одежде? Он может быть прав с точки зрения своей собственной субъективной оценки. Но вся беда в том, что эта оценка является личной, индивидуальной и произвольной. Демократия рынка состоит в том, что люди сами делают свой выбор, и никакой диктатор не властен заставить их подчиниться его субъективным оценкам.
И конкурентные, и монопольные цены одинаковы для всех покупателей. На рынке существует постоянная тенденция устранения любых различий в ценах на один и тот же продукт или услугу. Несмотря на то, что оценки ценности и интенсивность потребности разных покупателей различны, они тем не менее платят одинаковые цены. Состоятельный человек не платит за хлеб больше, чем менее богатый человек, хотя он был бы готов платить более высокую цену, если не мог бы купить дешевле. Большой любитель симфонии Бетховена, который скорее ограничит потребление пищи, чем пропустит ее исполнение, платит за билеты на концерт не больше человека, для которого музыка просто приятное времяпрепровождение и которому не нужен концерт, если для того чтобы на него попасть, требуется отказаться от удовлетворения некоторых пустяковых желаний. Разница между ценой, которую человек должен заплатить за товар, и максимальной суммой, которую он готов за него заплатить, иногда называется излишком потребителя[Cм.: Маршалл А. Принципы экономической науки. В 3-х т. Т. 1. М.: Прогресс, 1993. С. 191–195.].
Однако на рынке могут сложиться условия, которые позволят продавцу отличать одних покупателей от других. Тогда он может продавать товар или услугу разным покупателям по разным ценам. В отдельных случаях он может получить за свой товар такую высокую цену, что исчезает весь излишек потребителя. Политика ценовой дискриминации может стать выгодной продавцу при совпадении двух условий.
