Любое изменение денежного отношения меняет помимо воздействия на отсроченные платежи положение отдельных членов общества. Одни становятся богаче, другие беднее. Может случиться, что воздействие изменений спроса и предложения денег натолкнется на противоположные изменения такой же силы, произошедшие в то же самое время, и равнодействующая двух противоположных импульсов не вызовет внешних изменений в структуре цен. Но и тогда будет оказано влияние на положение индивидов. Каждое изменение денежного отношения действует самостоятельно и приводит к специфическим последствиям. Даже если инфляционный и дефляционный импульсы случаются в одно и то же время или вслед за инфляцией следует дефляция и в конечном счете цены меняются не сильно, все равно социальные последствия каждого из двух импульсов не аннулируют друг друга. К социальным последствиям инфляции добавляются социальные последствия дефляции. Нет никаких причин считать, что все или хотя бы большая часть тех, кто выиграл от одной тенденции, потерпят ущерб от другой и наоборот.
Деньги не являются ни абстрактными
В то время как существование денег можно представить только в изменяющейся экономике, они сами по себе являются элементом дальнейших изменений. Любое экономическое изменение приводит их в движение и превращает в движущую силу новых изменений. Любой сдвиг в структуре меновых отношений неденежных товаров не только вызывает изменения в производстве, но и провоцирует изменение денежного отношения, а следовательно, и дальнейших изменений. Ничто не может произойти в сфере товаров, не оказав влияния на денежную сферу, и все, что происходит в денежной сфере, оказывает влияние на сферу товаров.
Понятие нейтральных денег не менее противоречивое, чем понятие стабильной покупательной способности. Деньги без собственной движущей силы не могут быть совершенными деньгами; они вообще не будут деньгами.
Распространенной ошибкой является мнение, что совершенные деньги должны быть нейтральными и обладать неизменной покупательной способностью и что цель денежной политики воплотить эти совершенные деньги. Эту идею легко можно объяснить как реакцию на еще более популярные постулаты инфляционистов. Но это избыточная реакция. Она сама внутренне противоречива и губительна, поскольку усиливает застарелые ошибки, присущие учениям многих философов и экономистов.
Эти мыслители введены в заблуждение широко распространенным мнением, что состояние покоя более совершенно, чем движение. Их идея совершенства подразумевает, что нельзя представить более совершенного состояния и, следовательно, любое изменение повредит ему. Самое большее, что можно сказать о движении, заключается в том, что оно направлено на достижение состояния совершенства, где царит покой, поскольку любое дальнейшее движение приведет к менее совершенному состоянию. Движение рассматривается как отсутствие равновесия и полного удовлетворения, как проявление беспокойства и желаний. Если эти идеи просто устанавливают то, что деятельность направлена на устранение беспокойства и в конечном счете на достижение полного удовлетворения, то они вполне обоснованы. Но не следует забывать, что покой и равновесие присутствуют не только в состоянии, где полная удовлетворенность сделала людей совершенно счастливыми, но и в такой же степени в состоянии, где люди, одолеваемые множеством желаний, не видят способов улучшения своего положения. Отсутствие деятельности может быть не только результатом полного удовлетворения, но и следствием неспособности привести положение вещей в более удовлетворительное состояние. Оно может означать безнадежность точно так же как удовлетворенность.
Ни нейтральность денег, ни стабильность их покупательной способности несовместимы ни с реальным миром деятельности и непрекращающихся изменений, ни с экономической системой, которая не может быть устойчивой. Мир, который предполагается необходимыми условиями нейтральных и стабильных денег, будет миром без деятельности.
