Выбор товара для использования в качестве средства обмена и денег всегда немаловажен. Он определяет направление изменений покупательной способности под действием монетарных факторов. Вопрос только в том: кто должен делать выбор люди, покупающие и продающие на рынке, или государство? Именно рынок в процессе отбора, длившегося века, в конце концов придал характер денег драгоценным металлам золоту и серебру. На протяжении 200 лет государство вмешивается в выбор рынком денежного агента. Даже самый фанатичный этатист не рискнет утверждать, что это вмешательство оказалось благотворным.
Понятия инфляции и дефляции не являются праксиологическими концепциями. Они не были созданы экономистами, а возникли в повседневной речи народа и политиков. Они косвенно выражают распространенную ошибку, что существуют нейтральные деньги и деньги со стабильной покупательной способностью и что хорошие деньги должны быть нейтральными и обладать стабильной покупательной способностью. С этой точки зрения термин инфляция применяется для обозначения тех изменений под действием денежных факторов, которые привели к падению покупательной способности, а термин дефляция для обозначения тех изменений под действием денежных факторов, которые привели к росту покупательной способности.
Однако те, кто применяет эти термины, не осознают того, что покупательная способность никогда не остается неизменной и, следовательно, всегда существует либо инфляция, либо дефляция. Они игнорируют эти неизбежные постоянные колебания, пока они малы и незаметны, и применяют эти термины только к крупным изменениям покупательной способности. Так как вопрос о том, с какого момента изменения покупательной способности заслуживают того, чтобы их назвали крупными, зависит от личной оценки значимости, то становится очевидным, что инфляция и дефляция как термины не обладают категориальной точностью, требующейся для праксиологических, экономических и каталлактических концепций. Их использование уместно в истории и политике. Каталлактика может прибегать к ним, только когда применяет свои теоремы к интерпретации событий экономической истории и политических программ. Более того, в высшей степени целесообразно использовать эти термины даже в строгом каталлактическом исследовании там, где это не может быть неправильно понято и позволит избежать педантичной тяжеловесности. Но никогда не следует забывать, что все положения каталлактики, касающиеся инфляции и дефляции, т.е.
Семантическая революция, являющаяся отличительным признаком наших дней, также изменила традиционные оттенки значения терминов инфляция и дефляция. То, что сегодня многие называют инфляцией и дефляцией, больше не является значительным увеличением или уменьшением предложения денег, а представляет собой неумолимые последствия повышения или падения товарных цен и ставок заработной платы. Эти нововведения ни в коем случае не безобидны. Они играют важную роль в усилении распространенной склонности к инфляционизму.
Во-первых, больше не осталось термина для обозначения того, что обычно характеризовалось как инфляция. Невозможно бороться с политикой, которую вы не можете назвать. Государственные деятели и экономисты больше не имеют возможности прибегнуть к терминологии, принятой и понятной народу, когда они желают рассмотреть целесообразность выпуска в обращение огромного количества дополнительных денег. Они должны подробно анализировать и описывать эту политику во всех мельчайших деталях в тех случаях, когда они захотят сослаться на нее, и повторять эту надоедливую процедуру в каждом предложении, где они касаются сего предмета. Не имея названия, эта политика начинает жить собственной жизнью и становится реальной действительностью. Она расцветает пышным цветом.
