Попытка отделаться от теории, отсылая к историческим обстоятельствам ее появления, духу того времени, материальным условиям страны ее происхождения и к любым личным качествам ее авторов, является жалким паллиативом. Теория подлежит исключительно суду разума. Применяемая мерка это всегда мерка рассудка. Теория или верна, или ошибочна. Может случиться так, что сегодняшнее состояние нашего знания не позволяет вынести вердикт в отношении ее правильности или неправильности. Но теория не может быть действительна для буржуа или американца и недействительна для пролетария или китайца.
Если бы марксисты и расисты были правы, тогда невозможно было бы объяснить, почему власти предержащие всегда озабочены запрещением диссидентских теорий и подвергают гонениям их приверженцев. Сам факт существования нетерпимых правительств и политических партий, занимающихся лишением прав и истреблением инакомыслящих, является доказательством превосходства разума. То, что противники теории используют полицию, палача и разъяренную толпу для борьбы с ней, не является решающим доказательством ее правильности. Но это является свидетельством того, что те, кто прибегает к насильственному притеснению, внутренне убеждены в несостоятельности своих собственных доктрин.
Невозможно продемонстрировать обоснованность априорных оснований логики и праксиологии без ссылок на сами эти основания. Разум представляет собой конечную данность и не может быть проанализирован или исследован сам по себе. Само существование человеческого разума не есть рациональный факт. Можно утверждать лишь то, что разум является признаком, отличающим человека от животных, и причиной всего специфически человеческого.
Лучшим ответом тем, кто заявляет, что человек должен отказаться от использования рассудка и полагаться только на интуицию и инстинкты, может послужить анализ достижений человеческого общества. Описывая генезис и функционирование общественного сотрудничества, экономическая теория предоставляет всю информацию, необходимую для окончательного выбора между разумностью и неразумностью. Если человек рассматривает возможность освобождения себя от верховенства разума, он должен знать, от чего должен будет отказаться.
Результат, к которому стремится деятельность, называется ее целью, намерением, замыслом. В обыденной речи человек использует эти слова также для того, чтобы обозначить промежуточные цели, намерения или замыслы; это состояния, которые человек хочет достичь только потому, что считает: пройдя через них, он достигнет своей конечной цели, намерения или замысла. Строго говоря, целью, намерением или замыслом любой деятельности всегда является освобождение от ощущаемого беспокойства.
Средством является все, что служит достижению цели, намерению или замыслу. В данном нам мире средств нет; в этом мире существуют только предметы. Предмет становится средством, когда человеческий разум планирует употребить его для достижения некоторой цели, а человеческая деятельность реально применяет его по этому назначению. Мыслящий человек видит пригодность предметов, т.е. их способность оказать помощь в достижении его целей, а действующий человек делает из них средства. С самого начала важно понять, что части внешнего мира становятся средствами только в результате работы человеческого разума и его следствия человеческой деятельности. Внешние объекты как таковые суть лишь явления физического мира и предмет изучения естественных наук. Именно человеческие намерения и деятельность превращают их в средства. Праксиология изучает не внешний мир, а поведение человека по отношению к нему. Праксиологическая реальность не физический мир, а сознательная реакция человека на данное состояние этого мира. Экономическая теория это не наука о предметах и осязаемых материальных объектах; это наука о людях, их намерениях и действиях. Блага, товары, богатство и все остальные понятия поведения не являются элементами природы; они элементы человеческих намерений и поведения. Тому, кто хочет заняться их изучением, не нужно смотреть на внешний мир; он должен искать их в намерениях действующих людей.
Праксиология и экономическая наука не изучают человеческие намерения и действия такими, какими им следует быть или какими они были, если бы человек руководствовался абсолютно правильной философией и был вооружен совершенным знанием технологии. В структуре науки, предметом которой является ошибающийся человек, нет места для таких понятий, как абсолютная обоснованность и всеведение. Целью является все, к чему стремится человек. Средством является все, что действующий человек рассматривает как таковое.
