Выключив галапроигрыватель прелат долгое время сидел молча, уставившись в одну точку перед собой.
— Демоны проникли в наш мир! — прошептал он, поочередно вспоминая кадры из новостей и сопоставляя их со своим видением, что в виде было ниспослано ему свыше. Упав на колени и воздев руки к потолку, он с неистовством закричал. — Боже! Неужели ты отрекся от нашего мира, видя, что дети твои выбрали неверную дорогу?
— Отнюдь, прелат, — Симеоне вскочил на ноги и обернулся в сторону входной двери, где увидел смиренно стоявшего аббата Дуасье, своего ближайшего подвижника, помогавшего прелату делать тот гигантский объем работы, что пал на его плечи в последние дни. — Отнюдь. Будь иначе, Господь не подал бы вам знак и мы не начали бороться.
— Здравствуй, Даниэль, — Симеоне заметно расслабился, поприветствовав аббата по мирскому имени. Зная его чуть не с самого своего детства, прелат изредка переходил на такую форму общения. — Ты умеешь тихо подкрадываться.
Дуасье ответил тем же.
— Здравствуй, Адриано. Почему ты так насторожился при моих словах?
— Я ожидаю того момента, когда Гросскройц выйдет на меня, — признался Симеоне. — Думаю, он лично явиться засвидетельствовать мне свое "почтение", — прелат выделил саркастическими нотками последнее слово.
— Я услышал тебя, Адриано, — кивнул аббат и прошелся внутрь жилища прелата. — По поводу слов о демонах, проникших в наш мир… Это правда?
— Пока еще сомневаюсь, — тяжко вздохнул Симеоне. — Но сомнения постепенно развеиваются, порождая во мне уверенность в таком мнении. Ты видел, что происходит в Лондоне?
— Видел. Кара настигла безбожников, явившись в мир эпидемией и всплеском насилия.
— Хм… — нахмурился прелат. — Смотрю, ты склонен рассматривать прорыв демонов в качестве некой кары? Тогда зачем же мы боремся? Пусть все идет своим чередом!
Аббат смутился. Не выдержав яростного взора прелата, опустил глаза.
— Мы должны бороться с нашествием исчадий ада! — жестко заключил Симеоне. — К несчастью, демоны прорвались в наш мир быстрее, нежели я думал, а посему нам надо удесятерить усилия, дабы вышвырнуть их обратно! Мы должны сделать это, и мы сделаем, невзирая на все препятствия, встающие у нас на пути!
— Прелат, — глядя на распрямившуюся фигуру Симеоне, на его пылающее праведным гневом лицо, аббат испытал внутренний трепет перед этим человеком, которого, как ему казалось до сего момента, знал очень хорошо, и открывшемуся сейчас ему с совершенно другой стороны. — Появились сведения о дочке Гросскройца.
— Говори!
— Информация чрезвычайно засекреченная и охраняется лучше, чем многие тайны Канцелярии Императора, — Дуасье нервно сглотнул, не выдерживая давящего взгляда прелата, подобно лазеру выжигающего все его нутро, проникая в каждый уголок души аббата. У него даже создалось ощущение, что ему можно и не продолжать — прелат все прочел в его мыслях! — Потеряв сеть осведомителей, которых люди Гросскройца уничтожили не задумываясь, нам тем не менее удалось установить ее примерное местонахождение…
— ГДЕ???
— Она здесь… на Земле… в Лос-Анжелесе… Пока не удалось установить ни ее имени, ни внешних данных, но мы работаем над этим вопросом!
— Ускорьте поиски! — прошипел Симеоне. — Как только будут результаты, я смогу разговаривать с Виландом с позиции силы! Между прочим, его люди не так хороши, как все о них думают. У нас появился осведомитель в его окружении!
