— Я надеюсь вернуть ему тело.
— Для этого надо выпотрошить другого… Боюсь, ваша идея неосуществима.
— Почему?
— Я не верю, чтобы такое нежное живое существо, как мозг, выдержало столько манипуляций над собою. И потом, он ослаб в искусственных условиях саркофага. При трансплантации эта слабость сразу скажется. Я уж не говорю о барьере несовместимости. Ну, предположим, вам удастся его преодолеть. А бактерии? Ведь мозг же сейчас стерильно чистый. В лучшем случае, если он и выживет, то свихнется. А зачем вам полоумный Барнет?.. Нет, дорогой коллега, — вдохновенно продолжал Вельзевул. — Я предлагаю другой путь возвращения Барнета "в люди". Ваш босс хочет из человеческих мозгов сделать вычислительные машины.
Мой заказчик хочет получить робота с мышцами человека. В конструкторском бюро, которым руководит ваша талантливая приятельница мисс Тойнби, близок к завершению проект тела будущего робота, то есть — его биомеханическая часть. Но очень сложной получается электронная голова этого идола. Ведь в его теле более ста двадцати мышц, которые должны управляться определенными импульсами…
После вашего достижения мне бы не хотелось начинать все с начала.
Давайте поместим мозг Барнета в нашего биокибера, и он станет человеком. Профессором математики! Его искусственному лицу можно будет придать обычный облик. Пластика творит сейчас чудеса!..
— Ну, а дальше? Превратим его в раба вашего заказчика?
— Нет, Барнета мы оставим себе. Он будет считаться "опытным образцом".
Затем передадим всю технологию заказчику… А Барнету предоставим свободу.
— Ладно. Вы выполняете заказ, а я? Чем я оправдаюсь перед Боссом?
— Ну, это еще мы продумаем. Сейчас важно другое: согласны ли вы сотрудничать с нами? То есть со мной? — быстро поправился он.
— Не знаю… Во-первых, я хочу знать, как к этому отнесется сам Барнет…
Притту хотелось сказать "да". Он понимал, что имеет дело с недюжинным талантом, ученым, который масштабней его мыслит. Если бы к тому же он был белый…
Он встряхнулся и встретился взглядом с Вельзевулом. Тот, словно угадывая, что переживает сейчас Притт, улыбался слегка иронически, откинув курчавую голову на спинку кресла.
— В принципе я согласен. Больше того, мне лестно ваше предложение. Но все это очень сложно, чтобы так вот сказать "да".
— Постараюсь упростить. По окончании вашей работы вы сможете, по желанию, остаться у меня на правах моего коллеги и компаньона. Если вас это не устроит и вы захотите уйти — пожалуйста. Тогда вы получите причитающееся вам вознаграждение. Я думаю, оно будет весьма приличным… И еще. Может быть, это и жестоко, но мисс Тойнби получит свободу только в том случае, если вы согласитесь сотрудничать со мной.
Притта словно током ударило: "Маргрэт!".. Он побледнел и закрыл глаза.
Как же он мог забыть о ней! А ведь у него нет больше никого ближе этой рыжей девчонки. Ничего себе, девчонка! Ей уже за тридцать… Уйти, бросить все, все. Только с ней. Уехать куда-нибудь в Европу. Заработанных денег хватит, чтобы безбедно прожить несколько лет. Отдохнуть от всей этой ужасной работы!.. Тяжко вздохнув, он посмотрел на Вельзевула и сказал:
— Вы загнали меня в угол.
— Но я честно играю. В открытую. И хочу иметь честного партнера.
— Вы обещали рассказать о мисс Тойнби.
— Ее спасло чудо. В момент взрыва она стояла за экраном противорадиационной защиты. Бетон и свинец ослабили силу прямого удара взрывной волны, и сжатым воздухом ее выбросило наружу ярдов на пятьдесят.
Она не расшиблась, потому что упала на нейлоновую сеть, растянутую над огородом. Так ее садовник защищался от птиц, склевывавших смородину. В состоянии глубокого шока ее доставили ко мне. Из шока я вывел ее в анабиоз.
С тех пор она и лежит в своем саркофаге, как спящая красавица…
— Да, но по какому праву вы лишили свободы гражданку Соединенных Штатов?..
— Притт, как вам не стыдно! Мы что, в конгрессе? И потом, чего вы на меня кричите? Вы бы лучше спасибо сказали, что я для вас воскресил любимого человека! Ведь все, и вы в том числе, считали ее погибшей. Да и сейчас, когда выйдете из моей лаборатории, попробуйте сказать, что мисс Тойнби жива — вас сочтут за параноика.
— Вы правы. Простите, профессор. Но я действительно ее люблю. И до сих пор, кажется, не сознавал этого…
— Скажу, так и быть! Только вы уж ей не передавайте. Это она указала мне на вас. Когда мы столкнулись с трудностями в конструкции головы, мисс Тойнби сказала мне, что есть такой ученый, ее большой друг, который наверняка сможет нам помочь. Правда, прежде чем назвать вас, она взяла с меня слово джентльмена, что ни один волосок не должен упасть с вашей головы…
— Но почему ее доставили к вам, и кто это сделал?
— Тут уж, простите, подробности придется опустить. Тайну фирмы, выполняющей твой заказ, разглашать не полагается.
Одно скажу, чтоб рассеять излишние подозрения: мне нужны были специалисты. Самые лучшие. Надеяться на их добровольное согласие работать в моей сверхсекретной лаборатории я, конечно, не мог.
Я вас тоже заполучил бы к себе. Но, увы! Ваша аппаратура слишком уникальна, чтобы я смог создать вам у себя такие же условия.
