Человек без страха полностью

Дело в том, что он принадлежал к довольно отдаленной ветви этого семейства – по-моему, откуда-то из Оксфордшира – и вовсе не ожидал получить в наследство деньги или земельные владения, поэтому жил себе весело, как Панч[10]. Он был невысоким лысым человеком с профессорской внешностью (кстати, всегда носил высокий воротник) и очень энергичной походкой. Он приехал сюда сразу после войны: то ли в конце 1918-го, то ли в начале 1919-го – точно не помню – и говорил, что хочет переделать дом, чтобы в нем снова жил Лонгвуд.

Инспектор замолчал. Он уже не сидел в напряженной позе на краешке стула, помешивая чай, как химик со ступкой и пестиком. Теперь он весь был в воспоминаниях о старых временах.

– Лонгвуд был женат? Дети были? – спросил доктор Фелл.

Но тут на удивление резко вмешался Кларк:

– Уважаемый доктор, не могли бы вы сказать, какая, к черту, разница, был он женат или нет и имел ли детей?

После такого ожесточенного всплеска эмоций все уставились на него.

– В свое время я объясню, сэр, – прогрохотал в ответ доктор Фелл, – продолжайте, инспектор.

Граймз колебался.

– Он был женат – кстати, на очень милой и приятной леди. Но детей у них не было. Честно говоря, не знаю, что еще вам рассказать… Он был настоящим господином, но любил работать своими руками, и, скажу я вам, работать умел, как следует. И план мог начертить не хуже любого архитектора. А работы было много: он хотел перестроить дом. – Голос инспектора посуровел. – В 1918-м и частично в 1919 году здесь не было ни одного крепкого и здорового мужчины, который мог бы любить женщину и зарабатывать деньги. Чтобы закончить дом, мистеру Лонгвуду пришлось нанимать рабочих в Гернси. Надеюсь, в ближайшее время такое больше не случится.

– Это снова случится, – тихо сказал Кларк.

– Что случится?

– Война, – ответил Кларк.

Хотя он произнес это слово по-прежнему тихо, оно прозвучало со зловещей ясностью.

Создавалось впечатление, что он просто пытался сменить тему, – тон его оставался привычно насмешливым. Он даже нарочито подчеркнул это, взяв маленький сандвич и откусив от него очень большой кусок.

– Мы здесь не для того, чтобы обсуждать международное положение, – запротестовал я.

– Обсуждай не обсуждай. В этом ли году, в следующем или через год, но война будет. Попомните мои слова. Частично поэтому я и приехал сюда из Италии. – Он дожевал сандвич. – Однако я всего лишь сделал замечание по ходу дела. Как вы сказали, мы не обсуждаем международное положение. Давайте вернемся к обсуждению убийства в более мелких масштабах. Что ожидается на уик-энде с привидениями сегодня вечером?

Настало время решительных действий.

– Мы с Тэсс больше не участвуем в этом, – сказал я, положив свою руку на ее. – Сегодня вечером я увожу ее в город.

За столом раздался ропот. Перед тем как ответить мне, Кларк взял еще один сандвич. Его сдвинутые брови демонстрировали оскорбленное гостеприимство.

– Мне очень жаль слышать это. Я расстроен и разочарован. Меньше всего я думал о том, что вы удерете первыми. Однако вопрос в том, мой юный друг, разрешит ли вам уехать полиция?

Немного поколебавшись, Эллиот коротко ответил:

– Желательно, чтобы никто из вас не уезжал.

– Дело не в этом. Есть ли у тебя полномочия держать нас здесь?

– Все полномочия здесь – у инспектора Граймза. Конечно, он не может принудить вас остаться в этом доме, но вы вольны остановиться в деревне или где-нибудь поблизости. В любом случае, пока вы не можете уехать в Лондон. Мне жаль, но дело обстоит именно так.

Кларк фыркнул.

– В деревне! – повторил он, продолжая жевать сандвич. – Ну-ну, давайте! Может, вы с мисс Фрэзер остановитесь в «Пугливом олене»? Это же явное признание поражения. В чем дело? Вы боитесь Рукастого Эрика? Неужели Эрика?

– Нет, не обычных проделок Эрика.

– Тогда чего же?

– А что, если Эрик возьмет спичку да и швырнет ее в тысячу галлонов бензина, припрятанного в подвале…

– Вот именно! – сказал Энди.

В общей сумятице было видно, как беззвучно смеялся Кларк, обнажая свои крепкие белоснежные зубы и красные, больные десны. Наконец он поднял руку, призывая всех к тишине.

– Я все время ждал, – объявил он, – когда кто-нибудь задаст мне этот вопрос. Смею заверить: все в полном порядке. Я объяснил инспектору Эллиоту, и теперь единственный ключ от запертого подвала – у него. Кроме того, заверяю вас, что я – не пироманьяк. Присутствие в доме такого количества бензина – скорее свидетельство моей сообразительности и дальновидности. Покойный Бентли Логан очень ценил во мне эти качества.

– Что вы хотите этим сказать? – спросил Энди.

– То, что будет война, – просто ответил Кларк. – Надо продолжать?

– Да.