– Это вам она кажется невинной малышкой, – Гортензию Каррузерс было не так просто сбить с избранного курса. – А я таких, как она, насквозь вижу. Как же, хочет стать актрисой. Ходит якобы на пробы, но неизвестно, чем она там на самом деле занимается, пока ее несчастный муж на работе. Хотя в последнее время она нашла другое более интересное занятие. Торчит целыми днями у этого писателя из 205-го номера. Я-то знаю, потому что его комната прямо напротив моей двери. Обычно после полудня, когда я кормлю Реджи, то уже слышу топ-топ-топ по коридору – это милая Гленда чапает в своих босоножках и легком платьице, а иногда даже и в какой-то шелковой пижаме к писаке в номер. Совсем стыд потеряла. И торчит там почти весь день, возвращается к себе аккурат перед приходом мужа с работы. А чего он хотел, этот глупый мексикашка? Небось рад, что отхватил такую красотку, и пашет ради нее целыми днями. Ну а эта мышка не будь дурой, нашла откормленного кота, который работает, не выходя из дома. Иногда к ним присоединяется эта рыжая кошка Джордан из 202-го. Якобы у нее муж болеет, поэтому ему требуется покой. Да кого она дурит? Когда мистер Каррузерс болел, я ни на минуты от него не отходила, ничего не доверяла сиделкам. До последней секунды держала его за руку и видела, как он испустил последний вздох. Вот что такое настоящая жена. И я не знала, как жить дальше без моего любимого мужа, к счастью, мистер Каррузерс был достаточно предусмотрителен, чтобы обеспечить меня до конца моих скорбных дней, конечно, если не позволять себе излишеств, да я к этому и не привыкла. Мне невыносимо было оставаться в нашем доме, еще с этими неблагодарными детьми мистера Каррузерса, поэтому я его продала, забрала только самые дорогие сердцу вещи и переехала в «Гарнет», где живу уже двадцать лет. Тогда это не был еще такой прекрасный отель, как сейчас, но цены были очень умеренные. Ну а ремонт просто все преобразил. И работники были такими вежливыми, я боялась, что они испортят мою мебель, которая напоминает о годах с незабвенным мистером Каррузерсом, но они были очень деликатны. Не правда ли, мистер Доббинз?
Тот вежливо кивнул. Видимо, компания уже не раз слышала историю о достоинствах покойного мистера Каррузерса.
– Да, все зло от женщин, – согласился Аксаков из клубов дыма. – Вначале ходит вокруг тебя такое неземное существо, смотрит влажными собачьими глазами, ножкой под столом трогает. Вы читаете вместе Достоевского, ты декламируешь стихи Пушкина при луне, даже сам рифмуешь розы-слезы в каком-то умопомрачении. Наконец говоришь ей «жевузем» 13. Тут же выбегают родители, маман как есть в капоре, целуют руки, отписывают две деревни в приданое. А потом смотришь, а уже через месяц это неземное существо крепко сидит на коленях какого-то прыщавого корнета, мундштук в зубах, на столе водка и сельдь, а тебя вроде как к столу не звали. Вот, помню, у нас в полку был такой случай…
– И все-таки не понимаю, мэм, почему вы считаете, что Гленда Альварес связана с убийством, даже если она и ходит в гости к Мейкпису? – спросил я, прерывая воспоминания генерала. Все трое остальных мужчин посмотрели на меня с благодарностью.
– Потому что я видела, как этот писатель, Мейкпис, разговаривал с Парсонсом за пару дней до своей смерти! – торжествующе заявила старуха. – Я как раз собиралась выгуливать Реджи и видела, как они стояли в коридоре нашего этажа и о чем-то спорили. И писатель тыкал в хилую грудь Парсонса своим огромным пальцем. Наверняка они оба ухлестывали за Глендой и выясняли отношения. Наша мышка-то не промах. Ведь Парсонс жил прямо напротив ее номера. Вначале она закрутила с ним, а потом нашла парня помоложе и посимпатичнее.
В кабинет зашел официант и спросил, не нужно ли повторить напитки. Как оказалось, ядовитую зеленую жидкость пила миссис Каррузерс, чему я совсем не удивился.
Генерал шумно зевнул и заявил, что ему на сегодня достаточно. Миссис Каррузерс посмотрела на усыпанные бриллиантами часики и заторопилась к Реджи. Педантичный Спенли-Эвертон заявил, что нужно доиграть роббер. Я извинился и оставил компанию, сославшись на рабочие обязанности.
Идти на обход было еще рано, поэтому я сел в самой дальней стороне стойки и попросил у бармена Тони кофе. Минут через пятнадцать мы с ним разговорились и он рассказал мне много интересного.
– Это Парсонс тут жил года полтора. Вначале очень проблемный был тип, приходил, торчал тут, напивался, отказывался уходить после закрытия. Сразу было видно, что он наркоман, зрачки-бусинки, губы потрескавшиеся, никогда не знаешь, чего от него ожидать. Несколько раз мистер Шимански лично приходил и вместе с охранником выводил его из бара. Потом через пару месяцев он неожиданно успокоился. В баре мы его больше не видели, торчал все время в своем номере или шлялся где-то в городе. Но мы с ребятами совсем не удивились, что его кто-то кокнул. Давно напрашивался.
– Миссис Каррузерс считает, что его мог убить ревнивый любовник.
Тони усмехнулся.
