– Значит, Пеш хотел выведать у Пирса, где находятся остальные участники ограбления. Тот наверняка назвал ему все имена. Спенли-Эвертона…
– Которого Пеш убил через день вместе с сестрой.
– Получается, что он не сбежал, а все это время прятался в «Гарнете». И твои ночные видения, возможно, не были таким уж видениями. Может, он пытался выскользнуть через кухню ресторана, но каждый раз ночью натыкался на тебя.
– И куда же он делся? В последний раз он буквально растворился в воздухе у меня на глазах.
– Но перед этим выключил свет в холле. Не удивлюсь, если он убежал по лестнице, а потом спрятался в пустующем номере. Например, того же Пирса. Или 402-м. Управляющий говорил, что там что-то сломалось, стекло что ли разбито, поэтому номер временно не сдается. Пеш мог об этом узнать, когда заезжал. Соберу ребят, пусть прочешут отель сверху донизу.
– Думаю, есть дело и поважнее, – задумчиво сказал я. – Гленда Альварес, она же Гленда Махоуни. Девушка, получившая неожиданное наследство после смерти отца. Не исключено, что она решила поселиться именно в «Гарнете» по протекции старого друга и подельника Корри Махоуни.
– Пирс знал, кто она! – воскликнул Крэддок, беря шляпу. – И наверняка назвал ее имя Пешу. Едем немедленно в «Гарнет».
– Миссис Альварес сегодня уехала, – мрачно сообщил Шимански, теребя цветок в петлице. Теперь это была белая гвоздика. – И мистер Мейкпис тоже съехал. Будет правильно сказать, что они уехали вместе. Еще до ленча они подошли, сообщили, что уезжают, и попросили вызвать им такси. Миссис Альварес взяла только несколько чемоданов, а мистер Мейкпис свою пишущую машинку. Он сообщил, что пришлет за остальными вещами позже. Его номер оплачен до конца года, но мистер Мейкпис любезно заявил, что мы можем уже сейчас искать нового жильца, если уберем его имущество в кладовку. Очень беспечный молодой человек, – Шимански покачал головой. – А миссис Альварес заявила, что всеми вопросами будет заниматься ее муж. Бедняга еще ничего не знает. Как обычно, сегодня он ушел на работу.
– Новый адрес они оставили?
Шимански покачал головой.
– Мистер Мейкпис заявил, что сам напишет в отель, когда устроится на новом месте.
– Вот так номер, – усмехнулся Вэл. – А наша мышка времени зря не теряла. Воспользовалась первой возможностью, чтобы сменить механика на писателя. Беспечного писателя.
– Однако, в отличие от ее благоверного, он все время будет торчать дома. Для любовника это отличное качество, а вот для мужа не очень.
– Пожалуй, надо съездить в автосалон к Альваресу и сообщить ему о бегстве жены. Вдруг он поделится с нами новой информацией о прошлом своего покойного тестя. Ты со мной?
Я покачал головой. Встречаться с разъяренным напомаженным Джо мне совсем не хотелось. Вместо этого я поднялся на второй этаж и постучался в дверь 202-го номера.
Дверь мне открыла Таня Джордан. Вид у нее был ужасный. Бледное лицо было покрыто бисеринами пота, даже шикарные рыжие волосы выглядели тусклыми и слипшимися.
– Меня зовут Дуглас Стин. Позапрошлой ночью я встречался с вашими… друзьями в номере Парсонса.
– А это вы, – устало она махнула рукой. – Пришли полюбоваться на мои страдания? Или сами хотите продать мне товар Эла?
– Всего лишь небольшая беседа.
– Собираетесь читать мне нотацию? Гостиничный шпик с принципами? Извините, сейчас не могу. Я плохо себя чувствую, да и муж болен.
– Кто там, Таня? – раздался голос из спальни.
– Никто, Дик, милый. Прислуга из отеля.
– Так попроси ее принести мне горячего куриного супу и чаю с мягкими бисквитами. Раз уж сама даже чайник поставить не можешь.
– Ты обедал всего час назад. Я сама заварю тебе чай, как ты любишь.
Из спальни раздалось недовольное ворчание и Таня тихо прикрыла дверь в гостиную.
– Хотите чаю, раз уж я все равно собралась заваривать? Я тоже выпью, меня немного знобит.
Я не любил чай, поэтому сказал, что не откажусь от простого стакана воды.
– Могу налить вам чего-то покрепче. Я бы и сама выпила, но Дик теперь не любит, когда от меня пахнет алкоголем. Поэтому я и перешла на наркотики.
– И давно он болен? – кивнул я на дверь спальни.
