Приглянулась она тогда многим парням. С её внешностью это было совсем не сложно. Ей это нравилось, да и вообще — привлечение молодых людей было любимым занятием Ирины. Уже в тринадцать лет. Это сейчас Серёжа понимал, что в её семье, вероятно, было что-то не так с воспитанием, но тогда причины такого поведения были ему не важны. Он, как и многие, повёлся на её свободное поведение и влюбился по самые уши. Тогда ему казалась, что это навсегда.
Будучи от природы крепким и сильным, Серёжа с легкостью добился того, что оказался к ней ближе всех остальных мальчишек в отряде. И долгое время не замечал, что им просто ловко пользуются.
Он носил пакеты, которые Ирине привозили родители, поднимал её на руках на второй этаж, отдавал все фрукты с полдника и многое из того, что ему самому привозили. Не раз ввязывался в драку с другими ребятами только потому, что Ирине мог не понравиться чей-то взгляд.
«Вот идиот,» — подумал он сейчас, вспоминая всё это.
Но тогда он совсем не ощущал себя идиотом. Тогда он чувствовал себя настоящим мужчиной, защитником. Тем более что Ирина часто говорил ему так: «Ты мужчина! И как мужчина, ты должен исполнять все пожелания женщины, заботиться о ней, охранять её. Ты ведь мужчина?». Серёжа соглашался и продолжал делать то, что от него требовали, получая взамен только возможность находиться рядом. Однажды он попытался взять Ирину за руку на прогулке, но она не позволила ему, объяснив это тем, что он слишком невежественен и многого хочет.
Впрочем, на дискотеке он мог во время медленного танца обнять девушку, но потом она сразу же выскальзывала из его рук и отходила в сторону. Он считал её тогда недотрогой и только гораздо позже понял, что она просто хорошо знала себе цену.
Когда смена закончилась, они разъехались. Серёжа думал, что между ними всё останется по-прежнему, поэтому звонил и писал ей. Но она ни разу не согласилась на встречу, ответы её становились всё более односложными и простыми, а вскоре и вовсе перестали приходить. Спустя пару месяцев Серёжа окончательно убедил себя, что всё это было лишь игрой. Скоро чувства его совершенно остыли, тем более что рядом опять оказалась Алиса, такая родная и естественная. Она, сама не осознавая, заполнила ту пустоту, которая появилась было после Иры, а потом и вовсе стала единственным сокровищем его сердца, которое он не променял бы и на тысячу таких Ирин.
Их вообще нельзя было сравнивать. Ирину стоило забыть. И это у Серёжи благополучно получилось.
И вот она. Снова. В тот момент, когда он так счастлив рядом с Алисой. Зачем она тут?
Из вежливости всё же надо поздороваться.
— Привет. Узнал, — сказал он без всякого энтузиазма в голосе.
Губы внимательной Ирины на мгновение странно скривились, но потом вновь появилась милая улыбка. Девушка посмотрела на спутницу Серёжи, отчего идеальные брови её бесцеремонно поползли вверх. Алиса, которая не сводила глаз с незнакомки, сочла это за комплимент.
Ирина вновь перевела взгляд на юношу.
— Как твои дела? — спросила она.
— Отлично, — ответил он. — А твои?
Ему было не интересно, но мама его хорошо воспитала.
— Чудесно! — заверила его девушка, кокетливо поправляя прядь волос. — Мы тут с ребятами отдыхаем.
Она повернулась к своей компании и крикнула:
— Ребят! Это Серёжа, мой друг!
Несколько юношей и девушек из компании Ирины хором прокричали что-то приветственное. Алиса заметила в руках некоторых из них банки пива, которое было запрещено пить в общественных местах.
— Может, присоединитесь? — хитровато спросила Ира.
— Нет, спасибо, — всё так же без энтузиазма ответил Серёжа.
Парню хотелось, чтобы Ирина поскорее ушла и оставила в покое его и Алису. Им не о чем было разговаривать. Чтобы ускорить момент расставания, он сказал:
— Ты прости, мы тут…
— Представь же нас! — внезапно игриво прервала его Ирина, бросая на Алису очередной взгляд выразительных карих глаз, обрамлённых длинными накладными ресницами.
Серёжа посмотрел на Алису. Та пожала плечами: мол, тебе решать, — и с интересом стала ждать продолжения. Юноша вздохнул и нехотя произнес:
— Алиса, это Ирина. Мы с ней познакомились в летнем лагере. Ирина, это Алиса, моя…
И тут он запнулся. Внезапно такой большой и уверенный в себе Серёжа растерялся, потому что понял, что не может подобрать подходящего слова. Он уже не мог назвать Алису подругой, потому что всего несколько минут назад понял, что она значит для него намного больше. И совершенно точно он пока не мог сказать, что это его девушка — неизвестно, как на это отреагирует сама Алиса, а он совсем не хотел разозлить или обидеть её. Что же сказать? Сестра? Знакомая? Вот это точно будет обидно.
И хотя мысли эти пронеслись в голове Серёжи за какие-то доли секунды, обе девушки всё же заметили заминку в его словах. Алиса с нетерпением ждала продолжения, потому что совершенно точно знала, какой выбор сейчас происходит в его голове, и ей было очень важно знать, кем считает её этот милый, такой родной и такой любимый Серёжа.
