прилавком не предложила мне примерить какую-нибудь модную детскую оправу.
— Итак, — произнесла она. — Для начала я задам вам несколько вопросов. Ваше имя...
— Уоллес.
Она медленно напечатала на компьютере «Уоллес».
— Так... Уоллес... а фамилия?
— Ой, простите. То была моя фамилия. Вернее, она и сейчас такая. А зовут меня Дэнни.
Женщина вздохнула и с показной неохотой медленно шесть раз нажала на кнопку «стереть».
— Ладно. Начнем сначала. Имя?
— Дэнни.
«Дэнни», — напечатала она.
— Фамилия?
— Э... Уоллес.
У меня было такое чувство, будто я сдаю экзамен, посему я испытал облегчение, когда она молча кивнула,
впечатывая мои ответы. У-уф. Меня и впрямь звали Дэнни Уоллес.
— Так, теперь... — произнесла она, явно переходя к следующему вопросу анкеты. — Вы мистер?
Ээ? Разумеется, мистер. Взгляни на меня, женщина. По-моему, я не самый женоподобный мужчина на свете.
Разве что вам нравятся небритые женщины. И... мужского пола.
— Простите? — сказал я.
— Вы — «мистер» Уоллес?
Женщина не поднимала головы. Но ведь она видела меня, когда я вошел, недоумевал я. Слышала мой голос.
Как она может не знать? Или боится строить предположения? Я был возмущен, но тщательно обдумал ее
вопрос, прежде чем ответить:
— Да, я — мистер Уоллес.
Может, ее смутили мои детские очки? Или она думала, я скажу: «Нет, я — мастер63 Уоллес, но я уже
взрослый мальчик, ибо мама одного посылает меня в магазин»?
— Хорошо... мистер Уоллес. И вам нужны очки?
Боже. Я похож на человека, который доволен теми
очками, что сейчас на мне? Нет, ни чуточки. Хотя откуда ей знать, если она не отрывает глаз от монитора.
Женщина щелкнула по окошку с пометкой «Да», изображение на экране сменилось, и затем она задала свой
самый лучший вопрос...
— Вы уже носите очки?
Ношу ли я очки? ПОСМОТРИ НА МЕНЯ. Я в очках! Не заметить этого невозможно. Я ношу очки, и я —
мистер. Можешь называть меня «мистер Четырехглазый», «Мальчик• мужчина мужского пола, который носит
очки».
Либо это женщина никогда раньше не видела человека мужского пола, либо впервые видит человека в очках.
Кого она привыкла видеть? Собак с моноклем?
— Ношу ли я уже очки? — уточнил я — на всякий случай. А вдруг я ослышался и зря представлял себе
собак с моноклями на мордах?
— Это для системы, — объяснила женщина, впервые глянув на меня с тех пор, как она села за компьютер.
Но, повидимому, до ее сознания пока еще не дошло, что вся информация, которая ей требовалась «для
системы», буквально смотрит ей в лицо.
— Да, я уже ношу очки.
— Что ж, прекрасно, — сказала она, поднимаясь из-за компьютера. — Тогда давайте подберем вам очки.
Мне сказали, что мои новые очки будут готовы часа через два, и, следуя своему новому кредо, я также
согласился на тридцатидневный эксперимент: мне предлагалось испытать новые контактные линзы, которые
мне дали бесплатно. У меня образовалось свободное время, и я, воспользовавшись возможностью, побежал
покупать все необходимое для поездки в Эдинбург,
Купил витамины, шесть пар черных носков, а также пару белых — на тот случай, если мне неожиданно
придется заняться спортом. Какое-то время я бродил по магазину «Топмэн», поглядывая в зеркала, и, когда
видел свое отражение, мне становилось немного не по себе. Поэтому я решил осуществить еще одно дело.
Благо, оно не требовало, чтобы я носил детские очки. В общем, я решил постричься.
Дошел до парикмахерской на Грейт-Портленд-стрит и только собрался войти, как получил SMS-сообщение
весьма неприятного содержания.
«ТЫ ДОЛЖЕН МНЕ ПЯТЬДЕСЯТ ФУНТОВ».
Сообщение прислал Уэг. До сей минуты я не хотел ему звонить, понимая, что разговор получился бы
неловкий, поскольку Уэг думал, будто я запал на него, и я теперь это знал. Да и вообще, после первого
свидания обычно нужно выждать пару дней, прежде чем снова позвонить объекту вашего внимания.
С другой стороны, я обязан был вернуть Уэгу пятьдесят фунтов — те пятьдесят фунтов, что я заставил его
истратить на теплое пиво в одном из притонов Сохо. Казалось бы, ему оѵедует простить мне этот долг, ведь я
купил ему билет на мюзикл и заплатил за его ужин, но, полагаю, если ты Согласный, приходится идти на такой
риск. Я послал Уэгу ответное сообщение, и мы договорились встретиться ненадолго во второй половине дня.
— Итак... — сказал Скотт, парикмахер-новозеландец. — Вопрос следующий: что мы будем делать сегодня?
— По сути, ту же стрижку, что и всегда, — ответил я, — только желательно чуть покороче.
— Ясно. Это легче легкого.
Но потом Скотт сделал нечто очень странное. Он обеими руками взял меня за плечи и пригнулся до уровня
моей головы. Мы встретились взглядами в зеркале.
— Э... — произнес он. — А не хочешь попробовать что-нибудь новенькое?
—
Скотт работал самозабвенно. Чувствовалось, что в мою стрижку он вкладывает всю душу. Пока он бритвой
выстригал что-то модное на моей голове, я сидел без очков — снял их с превеликим удовольствием, — на
несколько драгоценных минут погрузившись в раздумья. В этом одно из преимуществ близоруких. Когда кто-
то снимает с тебя очки, тебе остается только размышлять. Конечно, во время драки без очков плохо, но в кресле
