Джесс придвигает к себе газету, закопанную под россыпью фотографий с мест преступлений. Номер от пятницы, вчерашний, вывернут наизнанку, и прямо на нее смотрит крупный заголовок. «ПОДОЗРЕВАЕМАЯ В ПОДЖОГЕ СБЕЖАЛА ИЗ БОЛЬНИЦЫ», — читает она, держа газету дрожащими пальцами.
Джесс чертыхается про себя. Ей хочется разорвать газету в мелкие клочки, но она ограничивается тем, что просто бросает ее на пол. Та планирует вниз и валится на пол.
Ее взгляд падает на одно из фото на столе. Джесс подбирает его, смотрит на лицо темноволосой женщины — жены Гриффина. На фото та улыбается, в какие-то более счастливые времена, и Джесс узнает серебряные с зеленым сережки, висящие у нее в ушах.
Такую же нашли на коврике под дверью их дома.
Джесс придвигает к себе лэптоп, включает, открывает «Гугл». Это самый простой первоначальный этап — копы наверняка уже все это проделали, думает она перед тем, как забить в поисковую строку слова «изнасилования женщин серийный убийца», но все равно это делает. На экране появляется просто-таки безумное количество результатов поиска.
Нахмурившись, Джесс делает еще одну попытку: «поджог серийный убийца», и в самой верхней ссылке видит имя.
Брюс Джордж Питер Ли[28]. Щелкает на ссылке на «Википедию», читает страницу. А потом на одной строчке у нее перехватывает дыхание.
«…залив керосин через щель для писем…»
Нужно срочно сообщить Гриффину! Вот она — связь между другими убийствами и Патриком! Джесс лихорадочно озирается в поисках стационарного телефона и наконец находит его под кучей одежды. Вытаскивает из кармана клочок бумаги и набирает номер.
Гриффин отвечает недовольным голосом, и она сразу переходит к делу.
— Это Ли, — говорит Джесс. — Проверь. Это все доказывает. Доказывает, что это была не я. Они должны разрешить мне повидаться с Элис.
Наступает длинная пауза.
— Я уже и сам додумался, — говорит он. — Но это ничего не доказывает.
— Ты уже сообщил своей сестре? Что она на это сказала? — не отстает Джесс.
Опять молчание.
— Я об этом упомяну, — бормочет Гриффин.
— И про связь с… — Джесс вовремя останавливается, — с той сережкой, — заканчивает она.
— Я об этом упомяну, — повторяет он и вешает трубку.
Джесс секунду прислушивается к умолкшей трубке, после чего медленно убирает ее от уха. После восторга от сделанного открытия ответ Гриффина кажется огромным разочарованием. Она стоит там, совершенно одна в холодной пустой квартире, босая, в грязной одежде. Чувствует себя как в вакууме. Ей очень не хватает ее родных, ее дочери, ее мужа, и, все еще сжимая в руке бесполезную телефонную трубку, Джесс не может удержаться от слез.
— Через десять минут, — слышится голос на другом конце телефонной линии, после чего там вешают трубку. Но Каре не надо знать хоть сколько-нибудь больше. Она вздыхает, отбрасывает волосы с лица, потом позволяет им опять упасть вниз, размышляя, что со всем этим делать.
— Ты знаешь, что сказала бы мама? — говорит Гриффин, стоящий в дверях ее кабинета.
Кара улыбается:
— Не горбись?
— Вот именно. «И накрась губы, ты выглядишь просто ужасно!» — передразнивает он, а потом улыбается и усаживается на стул перед ее столом. — Послушай, Кара…
— Хватит уже собачиться с Дикином, я серьезно, — перебивает его Кара.
— Нет, я не про это. — Гриффин медлит. — Нам нужно поговорить про тот пожар в понедельник. По-моему, в данном случае речь идет о Ли — поджигателе из конца семидесятых.
Передает ей папку. Кара понимает, что он имеет в виду.
— Но Тейлор сказала, что это совсем другое. Разве у них нет подозреваемого? — спрашивает она. — Разве это не дело рук жены, которая потом сбежала? И как ты вообще про это узнал?
