— Убийца из Золотого штата. Приговорен по тринадцати эпизодам убийства первой степени и тринадцати случаям похищений людей, но считается, что он совершил более пятидесяти изнасилований и более сотни краж со взломом в Калифорнии в период между одна тысяча девятьсот семьдесят четвертым и восемьдесят шестым годами. — Вид у Шентона теперь более уверенный. — Подробности вашего… нападения на вас соответствуют убийствам супругов Лаймана и Шарлин Смит. Убийца проник в дом через окно ванной комнаты и связал их шнуром от занавески. Он… — Шентон на секунду примолкает. — Ее он изнасиловал, а потом забил обоих до смерти поленом из дровяного сарая.
Шентон нерешительно мешкает, потом смотрит на Гриффина.
— Не думаю, что вы должны были выжить, сержант.
Гриффин с трудом сглатывает. Смотрит на информационную подборку, которую Шентон положил перед ним на стол. Вспоминает вдруг ослепивший его яркий свет, а потом — ствол пистолета, сунутого ему под нос. Вспоминает свою полную беспомощность, когда лежал связанный и слышал крики жены из соседней комнаты.
— Но есть и одно отличие.
Гриффин кое-как ухитряется прокашляться.
— Какое?
— Обувь. В случаях других изнасилований при вторжении в дом следы обуви на месте преступления соответствовали старым кроссовкам «Адидас», уже снятым с производства, с рисунком в виде шестигранников, — таких же, как у УЗШ. Но те, которые нашли под окном вашей ванной комнаты… Они совсем другие.
Гриффин напрягается.
— Вы нашли соответствие?
— Пока нет. Но вы не думаете, что именно такие отпечатки оставили нарочно? Или что убийца допустил ошибку?
— Займись этим, выясни. И сообщи Эллиотт, — говорит Гриффин. Шентон поднимается, чтобы уйти. — Откуда ты вообще столько про это знаешь?
Он замечает, как Шентон слегка краснеет.
— Я изучал это в университете.
Гриффин поднимает брови.
— У меня магистерская степень по криминологии и бихевиоральной психологии. Тема моего диплома — последствия сексуального насилия в детстве как предпосылка появления серийных убийц.
Гриффин делает глубокий вдох.
— Про это тоже скажи Эллиотт, — произносит он наконец.
Кара вставляет ключ в замок входной двери и прислушивается. Изнутри слышны пронзительные вопли, визг, завывания… Она резко толкает дверь. В доме полный разгром. По полу в гостиной рассыпаны игрушки, телевизор по-прежнему включен, на экране мечутся персонажи «Лего Ниндзяго»[31]. Ной устремляется вслед за ней, закрыв за собой дверь.
Шум доносится сверху, и она идет на него. В ванной комнате потоп, по полу разбросаны полотенца. Кара подхватывает джемпер дочери, потом собирает остальную одежду.
— Мамочка! — Тилли высовывает голову из-за двери, а потом мчится к ней. Кара наклоняется к дочери, когда та врезается в нее, обхватив ее обеими руками.
— Ты дома! — бубнит ей Тилли в живот. — Ты почитаешь нам сказку?
Потом выглядывает вбок, замечает стоящего у нее за спиной Ноя и издает вопль восторга.
— А Ной почитает нам сказку?
Кара улыбается. Она знает, что будет отодвинута на задний план, едва они завидят Ноя. Еще при первом знакомстве с Дикином Кара, к своему полному удивлению, выяснила, что нет такого акцента, который он не сумел бы передразнить. Он вообще был просто мастер изображать всякие забавные голоса. Восхищенные дети буквально лопались со смеху, когда он в последний раз читал им их любимую книжку.
Тилли хватает Ноя за руку, тащит его в спальню. Кара пока оставляет их, убирает разбросанные детские вещи в бельевую корзину, берет полотенце и собирает им разлитую по полу воду. Остальные складывает и вешает на поручень.
Поворачивается, когда слышит мягкие шаги, поднимающиеся по лестнице, — удивленная тем, что Лорен все еще здесь.
— Спасибо, что осталась, — говорит она ей.
Лорен улыбается.
— Нет проблем, у меня все равно не было никаких планов.
Кара кивает. Две женщины секунду стоят друг перед другом в коридоре. Лорен заталкивает свои светлые волосы за уши, и Кара чувствует себя немного неловко. Хочет сказать ей, чтобы шла домой, — она предпочла бы провести время с семьей без посторонних, но боится обидеть Лорен, которая сегодня по собственному почину пришла им на помощь.
Обе слышат голос Ноя, доносящийся из детской спальни. Джесс улыбается, когда тот передразнивает выговор кокни[32], а потом переходит на лающий шотландский акцент. Открывается дверь, и к ним выходит Ру.
— Опять выгнали? — спрашивает Кара, и муж улыбается ей.
— Как всегда. — Приобняв ее за плечи, он легонько целует ее в лоб. — Как день прошел?
— Лучше тебе не знать.
Кара обнимает мужа, наслаждаясь хихиканьем дочери и смехом сына из-за двери. Представляет себе их, скучковавшихся вокруг Ноя на кровати Джоша, чистых и теплых в своих мягких пижамках.
— Как Тилли? — спрашивает она.
— Больше не тошнило, съела кусочек тоста с чаем, так что все вроде ничего. Пойду подавать ужин, — говорит Ру. — Ты остаешься? — спрашивает он у Лорен.
«Скажи, что нет, скажи, что нет!» — молча молит Кара.
— Спасибо, но мне уже пора, — отвечает Лорен. — Лучше завтра приду и помогу вам прибраться.
