– Ну и толпу ты собрал, Джордж, – одобрительно заметил папа.
– Вообще-то приглашенных восемьсот человек… Но расскажи-ка мне лучше, что за чертовщина приключилась с вами в парке?
– О, все было не так страшно, как теперь об этом судачат, – ответил Стивен Уолден с несколько принужденной улыбкой. Он взял брата под руку и отвел в сторону, чтобы спокойно поговорить.
Шарлотта тем временем переключила внимание на гостей. Мужчины поголовно оделись в вечерние костюмы – белый галстук, белый жилет и фрак. «Они особенно к лицу молодым людям, – подумала она. – По крайней мере тем из них, кто строен фигурой, – в танце фалды фрака разлетаются, придавая им лихой вид». Приглядевшись к платьям дам, она решила, что, хотя они с мамой и оделись со вкусом, все равно их наряды выглядели несколько старомодно с традиционными осиными талиями, оборками и широкими подолами. Тетя Кларисса, например, была в совершенно прямом платье, стягивавшем ее снизу так, что в нем, вероятно, непросто танцевать. А Белинда так и вообще появилась в шальварах а-ля «гарем султана».
Шарлотта поняла, что никого здесь не знает. «Кто будет танцевать со мной, кроме папы и дяди Джорджа?» – заволновалась было она. Однако ее тут же пригласил на тур вальса Джонатан – младший брат Клариссы, представивший ее затем трем студентам Оксфорда, каждый из которых изъявил желание танцевать с ней. Вот только разговоры с ними оказались на редкость скучными и однообразными – все они хвалили оформление бала, отдавали должное оркестру Готтлиба и на этом выдыхались. Шарлотта попыталась взять инициативу на себя.
– Как вы полагаете, женщинам следует предоставить право голоса? – задавала она вопрос партнерам.
И получила такие ответы: «Разумеется, нет», «Не знаю» и «А вы, случайно, не одна из этих?..»
Последний из партнеров по имени Фредди повел ее к столу. Это был щеголеватый молодой человек, светловолосый, с правильными чертами лица. «Такого, вероятно, можно даже считать красивым», – подумалось ей. Он только что закончил первый год обучения в Оксфорде. «Там очень весело», – заверил он Шарлотту, но тут же признался, что книги наводят на него тоску и он едва ли вернется к учебе в октябре.
Дом тоже был весь в цветах и ярких гирляндах электрических лампочек. К ужину подали горячий и холодный супы, омаров, перепелов, клубнику с мороженым и персики.
– Везде кормят одинаково, – пожаловался Фредди, – потому что пользуются услугами одних и тех же рестораторов.
– Так вы часто бываете на балах? – спросила Шарлотта.
– Боюсь, что да. В сезон не пропускаю почти ни одного.
Шарлотта выпила бокал шампанского в надежде, что вино хоть немного развеселит ее. Фредди она покинула и стала бесцельно бродить по комнатам. В одной из них сразу за несколькими столами играли в бридж. Две престарелые герцогини собрали компанию ровесников в другой. В третьей солидные мужчины сражались на бильярде, а молодые люди курили. Там Шарлотта нашла Белинду с сигаретой в руке. Сама Шарлотта не понимала радостей курения. По ее мнению, многие девушки курили только ради того, чтобы выглядеть утонченными. Видимо, и Белинда добивалась того же эффекта.
– Я без ума от твоего платья, – сказала она.
– Только не надо врать, – оборвала ее Шарлотта. – Вот ты действительно оделась сногсшибательно. Как ты уговорила мачеху разрешить тебе так нарядиться?
– Да она сама была бы не против!
– Чувствуется, что она намного моложе моей мамы.
– И еще разница в том, что она мне не родная. Скажи лучше, что там у вас стряслось после приема во дворце?
– О, это было что-то совершенно невероятное! Представляешь, какой-то сумасшедший прицелился в нас из револьвера?!
– Твоя мама кое-что мне уже рассказала. Ты, должно быть, жутко перепугалась?
– Нет, я была слишком занята, успокаивая маму. Вот потом мне действительно стало страшно. Но во дворце ты говорила, что тебе нужно со мной как следует потолковать. О чем же?
– Ах, ну да! Послушай… – Она отвела Шарлотту в сторону, подальше от молодых людей. – Я выяснила, как они выбираются наружу.
– Кто?
– Да дети же!
– Ух ты! – Шарлотта вся обратилась в слух. – Говори же, как?
– Они выходят между ног, – тихо сказала Белинда. – Из той дырочки, откуда ты мочишься.
– Но она же очень маленькая!
– Она сильно растягивается.
«Какой ужас!» – подумала Шарлотта.
– Но это еще не все, – продолжала Белинда. – Я узнала, как они получаются.
– Как?
Теперь Белинда взяла Шарлотту под локоть и увела в самый дальний угол комнаты. Они встали у зеркала, обрамленного гирляндами из роз. Белинда перешла почти на шепот:
– Когда ты выходишь замуж, тебе полагается спать с мужем в одной постели.
– Неужели?
– Да.
– Но у папы с мамой спальни раздельные.
– Но они совмещены друг с другом, так?
– Верно.
– Это для того, чтобы они могли лечь в одну постель.
– Зачем?
– А затем, что для зачатия ребенка муж должен вставить свой пенис в это самое твое местечко, откуда потом появится младенец.
– А что такое пенис?
– Господи! Да та штука, которая у мужчин между ног. Ты что, никогда не видела статую Давида Микеланджело?
– Нет.
– Так вот, они тоже мочатся из той штуки. Она еще похожа на палец.
