Человек из шкафа полностью

Алексеев. При чем тут национальный дух? Христианство – всеобъемлющая религия, тут несть ни эллина, ни иудея. Черносотенные батюшки болтают черт-те что, а мы и рот раскрыли. Устроили из храмов капища, идолопоклонствуем, нательные кресты поверх пальто носим – и это все называем духовным возрождением. Разве в этом вера? Смотреть противно.

Таня. Не хочешь – не смотри.

Старик. А я вот считаю, что ничего страшного, если какой-нибудь старичок в храм зайдет и перекрестится пару раз туда-сюда.

Алексеев. Вот-вот. Вам что туда, что сюда – все едино.

Участковый. Прошу прощения. Я спросить хотел. Не слышали вы тут ничего подозрительного?

Алексеев. А что такое?

Участковый. Может, что непонятное: крики, стрельба?

Старик. Чего же тут непонятного – стрельба и крики? (Жрет торт.) Очень понятно…

Алексеев. Погоди ты… Что случилось?

Участковый(мрачно). Да уж случилось. (Старику и Тане.) А вы тоже ничего не слышали?

Таня. Нет.

Старик. А я слышал! Слышал! Крики были, такие, знаешь, крики – я чуть ушами не надорвался. Таким дурным голосом кто-то кричал – ой-ей-ей… Должно быть, бандит какой-то. Караул, кричал, помогите, мол!

Участковый. А когда кричал?

Старик. Да вот минут десять назад. Так противно…

Участковый(поморщившись). Да это, наверное, коты.

Старик(соглашается). Ну, может и коты. Начальству виднее.

Алексеев. Да что стряслось, наконец?!

Участковый. Человека убили.

Пауза. Таня от испуга прикрывает рот ладонью.

Алексеев. Когда?!

Участковый. Недели две назад.

Таня. Две недели? А ищете только сейчас?

Участковый(вздохнув). Служба у нас такая… Нелегкая. (Помолчав.) Ну, ладно. Ничего не слышали – так и запишем. Будьте здоровы.

Надев фуражку, собирается уходить.

Алексеев. Петр Иннокентьевич!

Участковый(оборачиваясь от двери). Да?

Алексеев. Тут такой, знаете ли, неприятный компот вышел. У старика одного какие-то ханурики квартиру отняли.

Старик(ввязывается). Замечательный старичок, душевный, отродясь никому зла не делал.

Алексеев(старику). Да заглохни ты, наконец.

Участковый. Как это – отняли?

Алексеев. Обманным путем. Заставили написать завещание, а теперь шантажируют.

Участковый. Что же он, ваш старик, совсем обалдел – кому попало квартиры завещает?

Алексеев. Так ведь я и говорю – обманули.

Участковый(с сомнением). Ну, не знаю. Такой слабый умом дедушка… Тут прямо естественный отбор какой-то. Клинический случай.

Старик(обиженно). И ничего не отбор. Божий старичок, честности в нем много.

Участковый(покачав головой). А адрес какой?

Алексеев. Да вот он. (Протягивает бумажку.)

Участковый(глянув). Ладно. Схожу при случае, посмотрим, что там да как.

Алексеев. Спасибо, Петр Иннокентьевич.

Участковый. Не за что пока. Счастливо оставаться.

Выходит.

Старик. Ишь ты, человека убили, а он себе ходит две недели, гусь! В наше время людей так просто не убивали. В наше время к этому со всей ответственностью подходили. В наше время это было целое мероприятие.

Алексеев. Ладно, не мели языком. В ваше время еще проще было это мероприятие.

Старик. Ты это про Сталина, что ли? Про Берию? Так ведь про них все знали – кровососы. А зато остальные были как огурчик – чистые и зеленые. А сейчас? Одичал народ, друг дружке в живот ножами пыряют. А зазеваешься – так и из пистолета могут. Господи помилуй, зачем только эти пистолеты придумали? А сейчас еще каждый их носить станет. (Разгорячившись.) А ты понимаешь, что такое мне дать пистолет? Я старик слабый, нервный, я ведь, если что не по мне, так сразу угрохаю. Я, брат, такой…

Алексеев(перебивает). Ты чай попил?

Старик. Вашими молитвами… то есть, спасибо за угощение.

Алексеев. А раз попил, то собирайся, и на боковую. Время детское.

Старик(хихикая). Правильно ты это сказал: время дедское. Для дедов, значит. Вроде меня. Ну, дай вам Бог, голубки, воркуйте, а я пошел вздремну. (Тане.) А ты, красавица, будь лет на тридцать постарше – и я бы за тобой поухаживал.

Таня(фыркает). Спасибо, я уж как-нибудь так…

Старик. Эх, были когда-то и мы рысаками!

Алексеев. Иди давай, рысак сивый, в стойло.

Старик уходит. Алексеев подсаживается поближе к Татьяне, обнимает ее.

Таня. Тише, Ваня. Все же слышно.

Алексеев. Ничего не слышно. Дверь закрыта… (Привлекает ее к себе.)

Таня(шепчет). Ваня, Ванечка…