– Вернусь вечером! – кричит он и закрывает входную дверь, громко хлопнув ей.
Я его рассердила.
Он ушел.
Кто меня просил затрагивать эту тему? Как я посмела дерзить ему? К тому же он счастлив, ведь вчера его утвердили на роль, но я все испортила! Я, как всегда, все порчу…
Вытерев слезу, я поднимаюсь наверх и беру телефон. Скрепя сердце, набираю номер подруги, которую вынуждена подвести.
– Привет! – Лиза отвечает после двух гудков.
– Привет, не мешаю?
– Нет.
– Слушай, я не смогу заменить тебя сегодня, – грустно сообщаю я.
– Почему? Что-то случилось? – встревоженно спрашивает подруга.
– Нет, просто… Я же говорила, что Андрей не разрешит мне. Я уже устала обманывать его и разочаровывать.
Лиза громко вздыхает.
– Ох, Анна. Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не велась у этого… Андрея на поводу? Он просто манипулирует тобой, а ты поддаешься его манипуляциям! Что для тебя важнее, его уважение или свои интересы?
Я задумываюсь.
– Но супруги должны уважать друг друга. Я должна уважать его просьбы.
– Боже, Анна! Проснись! Ты уважаешь его, а он? Андрею ведь вообще безразличны твои интересы. Ему плевать на твое мнение, черт возьми! С чего ты должна уважать его, если он не уважает тебя?
И вправду. Почему он не разрешает мне то, чего я хочу? Почему он запрещает мне мои же интересы? Супруги должны поддерживать друг друга, а не упрекать. К тому же должность официантки – тем более временной – не такая и постыдная работа, как говорит Андрей. Я ведь не танцую голая у шеста, а просто разношу людям еду. К тому же униформа очень даже приличная. Наверное, это просто его ревность…
«Или влияние матери», – думаю я.
– Может, ты и права…
– Наконец-то. Надеюсь, ты будешь вспоминать мои слова. Помни, что везде есть границы, но Андрей давно позабыл о них.
Я улыбаюсь, хотя на душе мне очень грустно. Счастливая улыбка – оружие, чтобы скрыть настоящие эмоции, которые терзают меня. Насколько я помню, начала использовать этот прием после замужества.
– Но что я ему скажу?
– Ничего. Захочет, сам найдет. Не переживай. Если что, звони мне. Телефон полиции всегда у меня в быстром наборе, – шутит Лиза, борясь со смехом.
– Не шути так. – Мой голос становится серьезным. Такие шутки мне не очень-то нравятся.
– Прости, – извиняется подруга, поняв, что перегнула палку.
– Ну ладно. Пока.
– Пока.
Я кладу телефон на тумбу, переваривая весь разговор. Я соглашаюсь подвести Андрея, ослушаться его… Снова.
«Нет, Анна, ты просто в кои-то веки уважаешь свои интересы», – оправдываю себя я.
Не знаю, правильно ли поступаю, но Лиза права: Андрей давно позабыл о моих интересах и прихотях. Он заботится только о себе. Да, конечно, он покупает мне одежду, балует очень дорогими платьями, но нужно ли мне это? Спросил ли он, я в этом нуждаюсь? Конечно, нет. Ему просто легче сделать так, как он хочет; ему так удобней. Хотя его слова красивые, я всегда таю от его комплиментов, но иногда думаю, что все это просто притворство… Мы уже не те семнадцатилетние люди, которые по уши влюблены друг в друга, комплименты крайне искренни, а улыбки не сходят с лиц. Мы уже не те… Давно. Время, когда Андрею было интересно мое мнение, прошло. Сейчас ему важен только статус и количество нулей на его счету.
Но есть одно место, где я расслабляюсь и куда Андрей мне ходить разрешает. Это конный клуб. На самом деле кататься на лошадях его инициатива, которую я поддержала, ведь в его семье жена обязана уметь ездить верхом на лошади. Поэтому он отвел меня в конный центр, который находится совсем рядом с нашим домом. И с тех времен я хожу туда, чтобы развеяться и расслабиться. Единственное, что он мне разрешил… Наверное, это грустно и обидно, но зато после занятий я не боюсь того, что меня опять выругают или сделают выговор.
«В моей семье принято уметь ездить верхом на лошади», – вспоминаются слова, которые Андрей говорил в кругу родственников, когда я не смогла отказать ему. Я пообещала всей его семье, что научусь. Как же радовалась матушка Андрея, когда я все-таки сдержала свое обещание и обуздала белую лошадь. Мария Александровна была очень счастлива и гордилась… Но не мной, она гордилась Андреем за то, что он убедил меня и, можно сказать, заставил. Но в их семье это слово вполне приемлемо. Заставить или побудить для них как «предложить» или «посоветовать». Словно не против воли человека!
Вспомнив ту злую женщину, я вздрагиваю.
Никогда не уважала Марию и всегда избегаю ее. Не знаю как, но Андрей даже не подозревает, что я не перевариваю его мать, которую он так сильно любит. Видимо, я могу посоревноваться с ним в актерском мастерстве, раз он думает, что я обожаю эту мегеру!
И именно поэтому я должна не предавать себя – чтобы не превратиться в эту женщину, которая заботится лишь о своем статусе – как же это «по-Кулагински»! Я не хочу быть такой. Жадной и злой. Я хочу быть самой собой. Но так трудно предавать мужа. Он же запретил мне ходить в кофейню, которая для меня является «кирпичом». Но я не раз нарушала правила. Надеюсь, он не сильно разозлится, иначе в этом буду виновата я. И только я.
