Человек неразумный полностью

– А каково предназначение девственной плевы? А почему женщины не могут рожать без мук и без посторонней помощи? А зачем мужчинам соски? А какой смысл в мышцах ушной раковины, если нам не дано двигать ушами? А почему мужчины-европейцы гораздо волосатее мужчин-китайцев? Для чего у прибалтов голубые глаза, а у южан – карие? Какой смысл в горбинке на носу и в ямочке на подбородке? – с наглым смехом перечислял Заломов, загибая пальцы. – Как видите, таких исключений немало, во всяком случае, их более чем достаточно, чтобы похоронить принцип тотальной целесообразности в строении и поведении живых существ. Я уж молчу о бесчисленных нарушениях вашего «принципа предназначения» на молекулярном уровне.

В этот момент Анна вышла из своего транса. Она подняла голову, и её немигающие серьёзные глаза вонзились в побледневшее лицо шефа.

– Аркадий Павлович, ваше предложение мне нравится, и я его принимаю, – чётко произнесла она.

– Ну и чудненько! – радостно воскликнул Кедрин, и влага сверкнула в его глазах.

Анна улыбнулась, отбросила со лба свои тёмные волнистые волосы и заговорила, фактически обращаясь к Владиславу:

– Ну что ж? До сих пор не существует убедительного объяснения Си-парадокса. И вот Аркадий Павлович как настоящий «парадоксов друг» предлагает нам оригинальную гипотезу, которая хороша уж тем, что её можно проверить… и я хочу её проверить.

Анна замолчала, но её сочный и такой влекущий голос сирены всё звучал в ушах Заломова. Истолковав оцепенение недавнего друга как знак одобрения, она придала своему лицу значительное выражение, раскрыла кедринский портсигар, как-то привычно извлекла из него длинную сигарету с золотым ободком вокруг фильтра и потянулась к спичкам.

И тут Заломов очнулся:

– Анна, ну что ты говоришь?! Подумай хорошенько. Саламандр очень трудно разводить, ты ухлопаешь на этот эксперимент бездну времени и сил. Вспомни о невозвратности времени. Не теряй на явную авантюру свои лучшие годы! Учти, в случае отрицательного результата – а иного я лично не жду – у тебя едва ли останется время на главный эксперимент твоей жизни.

Анна молчала.

– Знаете, молодые люди, я думаю… – Кедрин поднёс горящую спичку к сигарете Анны. – Я думаю, этот Си-парадокс специально подброшен нам Творцом. Всевышний будто говорит нам: «Люди, вы считаете себя разумными существами, так попробуйте понять, почему и зачем Я создал эту яркую, бьющую в глаза нелепость».

– И вы поняли? – усмехнулся Заломов.

– Мне кажется, Демиург просто играет с нами. Мы играем в науку, а Он – в загадки и головоломки.

«Ох, Аркадий Павлович, опять-то вы шутите, – хотел было сказать Заломов, но взглянув на напряжённое лицо Анны, сдержался, добавив про себя: – Да и пусть себе шутит».

Раскурив сигарету, Анна прервала молчание:

– Аркадий Павлович, раньше я бы отнеслась к вашей последней мысли… – Анна запнулась, – без особого энтузиазма. Но сегодня после вашего чрезвычайно интересного делового предложения я склонна допустить… – Анна снова запнулась, и её щёки заметно зарделись, – я склонна допустить, – повторила она, – что Тот, кого вы именуете Демиургом, в принципе, мог бы подкинуть людям Си-парадокс с какой-то неведомой нам целью. Может быть, Демиург с нами играет, а может быть, Он хочет нам что-то сообщить, и это что-то мы пока не в состоянии уловить.

– Анна, ну что ты несёшь? – взорвался Заломов. – Конечно, трудно отказать Аркадию Павловичу в яркости его поэтического воображения… но Демиург, приглашающий нас поиграть в головоломки, – это уж нечто из области мистической фантастики!

Очередное увещевание недавнего друга переполнило чашу терпения Анны. Она заметно покраснела и, уже не сдерживая гнева, который, кстати, ничуть не портил её лица, заговорила звонко и нервно:

– Дорогой Влад, кончай меня учить. Ты назвал эксперимент, предложенный Аркадием Павловичем, авантюрой, на которую я ухлопаю лучшие годы своей жизни. Конечно, нам не дано знать наперёд результаты своих трудов, но проект Аркадия Павловича прост и конкретен, а цель его – разумна и увлекательна. А теперь вспомни-ка, Влад, о своих проектах и целях? Твоя цель, – уверял ты меня в прошлом году, – «освободить своё сознание от мифов и других культурных искажений, чтобы увидеть мир таким, каков он есть на самом деле». Вспоминаешь?

– Да, – ответил Заломов и замолчал, охваченный потоком довольно невесёлых мыслей: «Какое странное определение цели жизни! Убрать мифы – это ещё куда ни шло, но что значит увидеть мир таким, каков он есть? Да такая цель даже для всего человечества выглядит проблематичной… Ну, конечно, …такую нереальную, такую заоблачную цель мог подсунуть мне только он – мой «божественный» разум. Узнаю его максималистский почерк».

Гневный голос Анны вернул Заломова в реальность: