Гарри вернулся в дом, стараясь идти по следам своего размера. Всматриваясь в землю, он вдруг заметил кое-какие изменения; разгадка не заставила себя ждать, когда он поднял голову. Посреди двора стояла собака: тощая, с длинной шерстью, спутавшейся в колтуны вокруг головы. Пес был практически целиком черный, кроме белого пятна, расплывшегося на шее и груди. Он не выглядел угрожающим или злым — ничего общего с вопящим демоном, которого Гарри придумал туманным вечером. Писатель все равно сохранял осторожность, держась на расстоянии, и протянул руку. Пес уставился на него карими глазами с черными зрачками, похожими на круглые пятна кофе. На голове у него красовался шрам от серьезной раны.
— Здравствуй, собака!
Пес повел ушами, отреагировав на звуки, медленно прошел два-три метра и отпрянул.
— Подойди, не бойся, я тебя не обижу.
Человеческий голос все-таки подействовал: в этот раз зверь приблизился, подметая снег хвостом. Он вытянул шею и обнюхал носок ботинка. Ошейника нет. Гарри осторожно наклонился, поставил чашку в сугроб и погладил пса, который не сопротивлялся и, казалось, заинтересовался запахом кофе. Испугавшись упавшего с крыши снега, пес отпрянул, но тут же вернулся за новой порцией ласки. Гарри задавал ему вопросы, а тот лишь смотрел в ответ, словно сожалея, что не может ответить. Чипа в ухе тоже нет. Гарри взял чашку и собрался домой, решив, что пес сам отыщет дорогу — может, он соседский. Но тот последовал за ним до двери. Гарри мягко оттолкнул его и закрыл за собой.
Гарри мыл чашку, как вдруг услышал, что пес скулит и скребет под дверью. Он сел, взял в руки свою крестьянскую библию, подумав, что собака успокоится. Напротив: та упорствовала. Гарри не мог сосредоточиться. В итоге он открыл дверь, и пес проскользнул внутрь. Гарри попытался выманить его наружу печеньем, твердо намереваясь проводить до соседской фермы, — вот и повод завести знакомство. Пес проглотил угощение и побежал за Гарри до доpoги, а затем сел, разглядывая его силуэт, удаляющийся в дымке. Пройдя несколько метров, писатель остановился и позвал пса. Пес прижал уши и не реагировал. Гарри вернулся и позвал его настойчивее, но тщетно. Тогда он взял деревяшку и бросил ее подальше в сторону соседского дома. Пес и не думал шевелиться. Гарри проделал этот фокус снова, но, казалось, все усилия были напрасны. Ну и ладно! Гарри желал довести дело до конца: он метров двадцать прошел по дороге, как вдруг пес бросился за ним, обогнал, преградил путь и зарычал, ощетинившись. Гарри насторожился из-за такого поведения и попытался успокоить пса. Не получилось: собака не собиралась пропускать его вперед. Гарри решил остановиться и повернуть обратно. Позже он все-таки проделает этот путь до конца. Когда Гарри перелезал через ограждение, пес подбежал и пролез снизу. Писатель задумался: какая муха укусила пса, который казался теперь самым милым существом на свете?
Пока новый приятель крутился вокруг построек, Гарри воспользовался моментом и укрылся в доме, ожидая снова услышать, как пес скребет под дверью. Но ничего не происходило, поэтому он вернулся к чтению. Чуть позже Гарри отправился за дровами, понял, что пес исчез, и бросил взгляд в сторону затянутой дымкой долины. Покрытый снегом кипарис напоминал неподвижную невесту: грустную, брошенную у алтаря в белых лепестках и гробовой тишине.
Вернувшись внутрь с корзинкой поленьев в руках, Гарри, как ни странно, все еще думал о псе. В кухню проникал бледный луч света, отчего стулья, большой стол, буфет и стены блестели. Углы окрасились в разные оттенки сумерек, под всеми балками, словно крошечные медузы, висели пауки на невидимых нитях, в любой момент готовые броситься на неосторожное насекомое.
Гарри вылил в чашку уже давным-давно остывшие остатки кофе. Металлический привкус напомнил ему, как мать варила кофе по утрам и разогревала снова и снова, пока не допьет до конца. Воспоминания лавиной сошли на писателя. Гарри машинально посмотрел на часы, прокручивая в голове разговор пятилетней давности.
— Здравствуй, мама.
— Здравствуй, сынок, проходи.
Гарри сел в кресло из набивной ткани с райскими птицами и пятнами крови, которые его мать так и не смогла оттереть с того дня, как он упал с велосипеда и поранился.
— Тебе налить кофе?
— Не откажусь.
Она исчезла на несколько секунд и вернулась с чашкой в руке.
— Папы нет дома?
— Он вышел поговорить с соседями. У нас в округе случилось ограбление.
— Блин…
— Люди вот просто вышли за покупками, а вернулись — дверь выбита. В наши дни уже никто не хранит наличные дома, воры искали золото… Жандармы говорят, работали профессионалы.
Гарри сделал глоток. Со временем он полюбил отстоявшийся кофе матери. Она продолжила:
— У нас нет денег на сигнализацию, с моей зарплатой и пособием твоего отца. Как бы то ни было, единственные ценные украшения я ношу на себе.
— Как правило, грабители не в курсе этого.
— Именно поэтому мы оставляем дверь открытой, когда куда-нибудь уходим. В наши дни вызвать слесаря стоит целое состояние.
