– Да? – спросил Мрак саркастически. – Такие кольца в каждой лавочке покупаешь?
– Ничего нового в элементах, – пояснил Олег сухо. – Все то же, что и на Земле, Меркурии, Марсе…
– Ах да, вы же изволили побывать и на Марсе…
– Мрак, не завидуй. Смотри лучше под ноги. В смысле, вперед.
Юпитер приближался, уже на полнеба выросла бурая стена странного плотного тумана, не тумана даже, а киселя – с такими же тугими комьями, сгустками, уплотнениями. Мрак перешел на радиозрение, туман превратился в зыбкую кисею, сквозь нее отчетливо увидел далеко-далеко спины бегущих динозавров, драконов, просто крупных серых овец, что, конечно же, местные облака, хоть и странные, раз уж он их так отчетливо увидел в таком диапазоне.
А дальше мощное поле искажает перспективу так, что только на краткий миг он увидел массивное ядро, да и то не уверен, что увидел в самом деле, а не почудилось.
Олег не снизил скорость, а, похоже, даже добавил. Мрак старался не отставать, но когда оглянулся, холод проник во внутренности. За спиной, где раньше было чистое звездное небо, очень медленно сгущалась бурая пятнистая тьма. В ней проплывали большие хищные тени.
Зато впереди, в еще большей тьме, разгорался розовый огонек. Там чувствовалась бездоннейшая пропасть. Холод сковывал тело, он взмолился, чтобы Олег струсил и вернулся, но проклятый волхв даже наддал, пришлось следом, внутренности ныли от одной мысли, что потеряется здесь, как теряются глупые дети глупых горожан в лесу.
Бурое пространство было наполнено едва слышным гулом. Мрак подозревал, что основная мощь гула лежит за пределами его слуха, но боялся перейти на инфразвук, тут лучше ни шагу вправо, ни шагу влево, ступать за Олегом след в след, по-волчьи или по-гусьи.
Внизу, где становилось все темнее, искорка разгоралась ярче. Олег падал в ее направлении, похожий на парашютиста в затяжном прыжке. Искорка медленно превращалась в красную точку, спустя полчаса Мрак смог уже рассмотреть крохотный ободок.
Олег остановился, когда красный шар вырос до размеров Луны, видимой с Земли. Его лицо тоже было красное, осунувшееся от перегрузок. Бурая мгла вокруг его тела неспокойно двигалась. Отдельные струйки устремлялись к его блестящей, как у дельфина, коже, исчезали, словно втягивались туда без следа.
Мрак хотел было спросить, как он это делает, но слева ощутимо толкнуло. По сжатому водороду, сквозь который они опускались, прошла сильнейшая волна. Мрак стиснул зубы, пережидая давление, а за это время передумал спрашивать. Олег же объяснял, что все оставил по-прежнему. А тело жрет не только желудком, воду может впитывать и всей поверхностью кожи. В старину объявивших в тюрьме голодовки насильно кормили… через клизмы. Прекрасно усваивается.
Он инстинктивно напряг мышцы таза, потом со злостью подумал, о чем беспокоится эта волосатая обезьяна, да какая разница, каким путем в его тело будет вливаться энергия, пусть даже через зад, никто же не смотрит, не хихикает, не указывает пальцем… Да и пусть бы, если, конечно, не молодые женщины, тут уж лучше умрет, чем его будут кормить через зад.
Озлился: что за навязчивые мысли, но за это время догнал Олега, тело подпиталось энергией, так что мысли в самый раз, отвлекли, а когда пришло время очнуться, он смахнул их, как гнилой туман, крикнул бодренько:
– Что, прем прямо на ядро?
Олег оглянулся, с удивлением прощупал острым рентгеновским взглядом, ощутил его сияющее отважное лицо. Сказал с неудовольствием:
– Мрак, тебе бы с дубиной на мамонта!
– А что?
– Надо осторожненько…
– Ну как знаешь, – разрешил Мрак великодушно, а сам возликовал, волхв не видел его трудностей, не заметил страха. – Если что, свистни.
– Свистну, – пообещал Олег. – Так свистну, что уши отпадут.
Мрак проследил за его взглядом, это было легко, от глаз Олега протянулся рубиновый луч, похожий на лазерный. По нервам кольнул страх, здесь же водород, все взорвется к такой матери… но либо чудовищное давление виной, либо взгляд совсем не лазерный, но этот ясно видимый взгляд совершенно беспрепятственно уходил в темные глубины.
Лицо Олега стало страшным. Мрак ощутил, что шерсть поднимается дыбом, из горла потекло волчье рычание. Он страшился представить, что может узреть Олег таким взглядом, но все равно во внутренностях было холодно, а сам чувствовал себя мошкой с оторванным крылом, что пытается увернуться от огромной мухобойки.
А из темной бездны уже поднималось нечто огромное, напоминающее человеческую фигуру. Мрак застыл, не в силах даже отступить, дать дорогу. Это в самом деле был человек – размером с пятиэтажный дом, одетый в звериные шкуры, в руке дубина, глаза горят злостью, в широкой пасти блеснули острые зубы…
– Олег! – прохрипел он. – Олег!
Олег обернулся, увидел его лицо, крикнул торопливо:
– Сойди на радио!
