Они живут вместе, чертовы педики, подумала пиарщица. Интересно, знает ли Чертков об особенностях своего помощника? Конечно, знает, вела внутренний монолог Жанна. Знает и держит его рядом, Черт любит людей с явными слабостями, такими кадрами легко управлять, как марионетками.
В офис шефа ехали, молча, каждый думал о своем. Зюскинд об Артуре и мясе с кровью, Жанна о дочери и няньке, которая чем дальше, тем больше ее напрягала. Старушка напоминала Мата Хари пенсионного периода с задатками Эйкюля Пуаро. Дочь идеально слушается няньку, отчего пиарщице периодически становится страшно. Она хорошо знает капризный характер Машки, за последнее время поведение ребенка изменилось. Жанна настолько загружена работой, что на самого близкого и родного человечка у нее не остается времени. Дефицит времени на единственную, любимую дочь. Отвратительно! Она, словно информационный зомби, выполняет задания шефа, количество которых с каждым днем увеличивается. «Снежный ком, необходимо уцелеть, сохранить себя, не превратиться в Зюскинда, который безоговорочно выполняет команды», – подумала Жанна.
Черт напряженно ожидал Громовик и Зюскинда, он сидел за столом в рабочем кабинете и выстукивал пальцами барабанную дробь, поверхность стола издавала неприятные глухие звуки. Секретарша без лишних слов разрешила войти в кабинет босса Жанне и Вениамину и с грустью посмотрела им вслед. Десять минут назад шеф приехал с тренировки, он проиграл напарнику последний сети жаждал крови. Жаждал выхода негативной энергии. Не напарнику же по теннису и российскому коллеге по бизнесу морду бить!
– Как идет подготовка к футбольному матчу? – без слов приветствия начал Чертков разговор с подчиненными.
– Форму заказали, футбольные мячи с логотипом «Родни Задорожья»– тоже, билеты продаем, разослали пригласительные вип-персонам Задорожья, вот список спиртного и еды для фуршета после матча, – Зюскинд встал и протянул шефу бумагу.
Жанна молчала, она проделала большую работу по организации благотворительного матча, а Веник театрально отчитывался перед шефом, как будто это его заслуга. Ну и нравы в корпорации «Родненькая», подумала пиарщица.
– На собранные деньги, что будем закупать? – Черт пристально посмотрел на Жанну.
– Купим аппарат для искусственной вентиляции легких, если все билеты продадим.
– Без если! Или вы не хотите, чтобы дети в Задорожье не умирали?! Все билеты необходимо продать!
– Александр Евгеньевич, нужно усилиться по рекламе, чаще ролики на радио давать.
– И кто вам мешает это сделать?
– Бюджет, денег на рекламу не хватает.
– Ума у вас, Жанна, не хватает, а не денег! Мы проводим благотворительное мероприятие, предложите СМИ стать информационными спонсорами…
– Предлагала, Александр Евгеньевич, они денег хотят.
– Значит, плохо объясняла, дети умирают в больницах Задорожья от нехватки медицинского оборудования. Журналисты – разве не родители? А если завтра их ребенок окажется в больнице, а им скажут, простите, у нас один аппарат на двоих детей и он уже занят! Что тогда? Жанна! Я спрашиваю! – кричал, обиженный на черствость руководителей средств массовой информации, Александр Чертков.
– Александр Евгеньевич, это – шантаж!
– А бабки зарабатывать на благотворительности порядочно?
– Нет, но это действительность, с которой мы имеем дело, – тихо ответила Жанна.
Глаша принесла чай с медом, пытаясь смягчить разгулявшийся нрав шефа. Эмоции бушевали в душе Черта, он чувствовал, что-то идет не так, он ждал провокаций от Графа. Это предчувствие надвигающейся беды повлияло на игру в теннис. Сегодня он проиграл сопернику, у которого всегда выигрывал. Черт ожидал, пока остынет зеленый чай, в котором плавали разноцветные кусочки фруктов, гнетущая тишина воцарилась в кабинете. Жанна и Вениамин молчали, боясь попасть под каток главного благотворительного эксперта. Черт положил в большую чашку две ложки меда, хорошо перемешал. Хлебнул, выругался. Он никак не мог приучить секретаршу приносить чай нужной температуры.
– Разрешение на проведение футбольного матча получили? – как бы, между прочим, спросил Черт.
Зюскинд открыл папку и стал перебирать бумаги. Жанна знала, разрешения в папке нет, просто Веня тянет время.
– Ну! – крикнул Черт.
– Разрешения нет, – взяла огонь на себя Жанна и о сказанном мгновенно пожалела.
Первые несколько минут Черт кричал так, что ушные перепонки подчиненных отказывались работать в привычном режиме, Жанна закрыла рукой одно ухо, чтобы облегчить свои страдание. Бывалый Зюскинд сидел, как статуя, невозмутимо и спокойно, он внутренне готовился к тайфуну страстей, поэтому мысленно читал молитву «Боже спаси и сохрани…»
– Александр Евгеньевич, завтра Копейка подпишет официальное разрешение, – межу криками и междометиями вставила Жанна.
