Черт заткнулся, хлебнул чаю, мед на него успокаивающе не подействовал, во рту главный благотворитель региона почувствовал горечь. Когда Чертков сильно нервничал, желчь подкатывала к горлу, делая жизнь украинского олигарха невыносимой. «Эти нищие неудачники думают, что миллионы сыплются на меня, как из рога изобилия. За каждый доллар я заплатил потом и кровью», – подумал Чертков, в недрах его необъятной души зрел, как червивый, гигантских размеров плод, по имени «Жалость к самому себе», раньше олигарх подобной слабости никогда не допускал. Вот, что бывает, когда ты идешь по благотворительной дороге, усыпанной ядовитыми шипами.
– Четко и без соплей, почему завтра Копейка подпишет официальное разрешение на проведение матча? – спросил босс Жанну.
Пиарщица набралась смелости и подробно рассказала Александру Евгеньевичу о завтрашних газетах, о диктофонной записи в кабинете бургомистра, которая выложена на сайте «Голос народа».
Черт вошел в интернет, две сотни просмотров, неплохо. Зюскинд оживился и показал макет завтрашних газет. Черт расхохотался.
– Значит так, если этот бред с Папой Римским сработает, получите премию, если нет, все затраты на выпуск газет покроете из собственной заработной платы.
Жанна и Веник переглянулись, они не играли в казино, но сейчас четко осознали – их финансовое благополучие поставлено на кон.
– Свободны! – гаркнул Черт.
Подчиненные удалились, а Черт приказал пилотам подготовить самолет. Завтра он не должен находиться в городе. Завтра грянет буря, а он в это время будет далеко от эпицентра скандала.
Четверг непременно наступает после среды, он приятный вестник пятницы, последнего рабочего дня перед выходными. День, когда местные газеты Задорожья находят пристанище в пунктах распространения прессы, в киосках КП «Пресса». Именно в четверг, благодаря добросовестным почтальонам, пахнущие свежей типографской краской газеты, падают в старые потрепанные почтовые ящики, прямо к подписчикам. Четверг, заурядный день недели, местечковые сенсации и сплетни его испортить не в силах. Это день, когда за утренней чашкой кофе городской обыватель, на засаленный махровый халат, ни за что не прольет горячий напиток с возгласами: «Не может быть!».
Другое дело – черный четверг, когда безопасность валютного рынка под угрозой, в заморских странах обстановка на грани войны, или, например, умер чиновник первого эшелона власти, поэтому трансляцию конкурса эстрадных исполнителей из Юрмалы срочно заменили на концерт классической музыки. Загадка черного четверга – в его спонтанности и непредсказуемости. Это информационный Бермудский треугольник, если попал в него, непременно жди беды.
Родион Павлович Хомяк очнулся в объятиях семнадцатилетней девчонки, которую подцепил у бывшей любовницы. Теперь Хомяк страстно любил ее дочь Катю. Совесть главного милиционера области не мучила, кличку Зверь он получил еще в армии, когда служил в морской пехоте. Кличка зеркально отображала его страстную натуру. Родион Павлович быстро принимал решения, жестко карал подчиненных за непослушание, любил выпить, страдал от нудного семейного благополучия. Периодически он воспитывал жену, по субботам – рукоприкладствовал, снимая, таким образом, накопившееся нервное напряжение. И, как истинный альфа самец, каждые полгода искал новую самку. У Зверя инстинкты первичны, окружающие это чувствовали и боялись.
Четверг для него – это день случек и телесных наслаждений. В этот романтичный четверг утро для Родиона Павловича началось традиционно, в дверь позвонил его водитель, когда Зверь открыл железную дверь арендованной квартиры, подчиненный, потупив взор, протянул пачку газет генералу. В ответ слов благодарности не прозвучало, дверь с грохотом закрылась.
Зверь отправился на кухню, заварил крепкий кофе, достал из холодильника остатки сыра, колбасы, черной икры и хлеба. Он настежь открыл окно, жадно закурил. Город просыпался, шесть часов пять минут утра. Зверь смотрел на город из окна девятого этажа железобетонного монолита, наблюдая за сонными троллейбусами, вяло, как улитки, бороздящими улицы промышленного Задорожья. Родион Павлович любил просыпаться рано, пить черный кофе без молока, первым узнавать городские новости, газеты ему привозил водитель из типографии. Водитель скрытно ненавидел привычку патрона читать газеты первым в Задорожье, но поделать ничего не мог, генерал – важное животное, царь зверей, его привычки – закон для подчиненных. В семь часов в городе откроются газетные киоски, а Хомяк уже знает главные новости родного города.
