Но пока молодая Кусо всего этого еще не знает. После прогулки она отправилась ночевать на Курский вокзал в зал ожидания и нарвалась на очередное приключение. Одинокую девушку, устраивающуюся на скамейке, быстро заметили местные сутенеры. Это были красивые молодые люди, явно одевавшиеся у «фарцы». Одевавшиеся у фарцовщиков не всегда были богатыми людьми, скорее, это была своего рода богема, куда в том числе входили мальчики из хороших семей, зарабатывающие сутенерством. Видя, что Кусо ночует в зале ожидания, парни сделали определенные выводы и предложили ей работу. Девушка тактично отказалась. Она объяснила, что быстрые деньги ее не интересуют, а в столицу она приехала, потому что не смогла вернуться домой после проваленного экзамена в университете. Сутенеры все поняли. Работу они ей больше не предлагали, зато стали ее временной защитой и поддержкой. Утром Кусо гуляла по Москве, наслаждаясь городом, а вечером возвращалась на вокзал и делилась впечатлениями с уже знакомыми парнями, которые подкармливали ее вареными сосисками.
Услышав эту часть истории, я вытягиваю лицо и еще больше удивляюсь, когда Норсоян добавляет, что у нее завязались приятельские отношения с московскими путанами. «Для меня предосудительных профессий нет, – говорит Людмила, слегка разочарованная моим пуританством. – Более того, я училась у них! Стилю, такту и умению вести себя в обществе». И тут я понимаю, о каких путанах идет речь. То были вовсе не те девушки, что выходили на дорогу, хотя и с ними Норсоян находила общий язык. Речь шла о женщинах другого порядка – тех, что со временем сделали карьеру от путан до жен миллионеров. И у них действительно было чему поучиться. Я захлопываю рот, и Людмила продолжает свой рассказ.
Долго оставаться на вокзале с новыми друзьями девушка не могла. На четвертый день пребывания в столице Кусо набрела на бюро по трудоустройству, и ей улыбнулась удача – спустя полчаса она вышла оттуда с оформлением на овощную базу и комнатой в коммуналке в Текстильщиках. Это действительно был подарок судьбы, потому что в те времена люди месяцами стояли на бирже, не получая места.
Кусо вышла на работу. Днем она грузила овощи, а ночами мыла полы в учреждениях и жилых домах. Все заработанные деньги тратила на удовольствия, которых так не хватало в прежней жизни: театры, книги, одежду от фарцы. Она обожала покупать яркие, необычные для тех времен вещи: красные «бананы», полупрозрачные блузки, просвечивающие платья. И за это ее неоднократно забирали в милицию, где каждый раз делали выговор: «Вызывающий вид». Москва многое принимала, но все еще не допускала свободы в выборе одежды. Это Людмилу не останавливало. Едва выйдя из милиции, она направлялась прямиком в ЦУМ, где в общественных туалетах делала новый заказ: «Девочки, мне капроновые колготки и джинсы 45 размера!». Частная торговля в Советском Союзе была запрещена, и бывало, что спекулянтов, с которыми общалась Норсоян, сажали в тюрьму. Девушку это не пугало – она находила новых продавцов. «Я скользила рыбкой между людей и событий. Меня не затрагивали драматические коллизии».
На овощебазе Кусо неизменно выделялась среди других грузчиц – благодаря необычному образу и чтению книг, за которые хваталась в любую свободную минуту. Впоследствии это помогло ей найти общий язык с представителями «золотой молодежи» – детьми советской элиты, которых вместе со всеми отправляли на овощебазу исполнять трудовую повинность, поскольку на предприятиях элементарно не хватало рук. Неординарность Кусо притягивала к ней молодых людей, и вскоре у девушки появились поклонники и друзья – журналисты, научные работники, молодые специалисты секретных служб.
Новый мир умных людей со свободными взглядами на жизнь очаровал Кусо. Она не устояла перед обаянием золотой молодежи и начала пропадать на общих посиделках днями и ночами. Интерес к овощебазе стремительно гас, что грозило потерей основной работы, а вместе с ней – места в коммуналке. Увидев это, начальник Кусо попытался образумить ее. Если она потеряет работу, ее могут выдворить и из города. В те времена для безработных и неучащихся граждан СССР предусматривалась отдельная статья – тунеядство. Уличенных в безделье молодых людей высылали за 101-й километр, а после нескольких нарушений сажали в тюрьму. Все это могло случиться и с Кусо, но она слишком погрузилась в новую жизнь и не хотела ничего слушать. Впервые она стала частью круга людей, мысли которых не были ограничены вопросами выживания. Она чувствовала себя равной им, но различия между молодыми людьми все же были.
