— Ну и отлично! — обрадовался пожилой.
— Куда мы теперь? — спросил водитель.
— В курортную зону, — хмыкнул пожилой милиционер, забирая у молодого папку с бумагами.
— К вам, что ли? — спросил водитель.
— К нам. К нам… — бросил ему пожилой милиционер.
Через некоторое время, как поняла Лю Синь, они въехали в ворота большого дома. И человек в фуражке вдруг ни с того ни с сего рассмеялся и, на ходу стягивая китель, сказал:
— Все, ребята, маскарад окончен!
Молодой страж порядка провел ее в холл. А пока она осматривалась, пожилой мужчина, который вел себя как начальник, успел переодеться и спустился к ней в приличном светлом костюме и с той самой папкой.
Лю Синь, которая тихо сидела на диване, пребывала в полном смятении и не знала, как ей себя вести.
Она поняла одно — она попалась. Лю Синь не могла себе простить, что была настолько невнимательна, что проглядела, как мальчишка подсунул ей в сумку наркотики. Хотя, очевидно, что эти люди все равно нашли бы к чему прицепиться.
Человек, который только что был в милицейской форме и вел себя как страж порядка, молча уселся напротив нее в белое кожаное кресло и положил на стеклянный столик ту самую синюю папку с бумагами.
— Ну что ж, Лю Синь, теперь давай поговорим с тобой, как партнеры, — предложил он.
— Но я вас не знаю, — насторожилась Лю Синь.
— Я уже озадачил моих помощников. Сейчас они принесут сюда новые варианты договоров, мы с тобой их подпишем и отправимся в ресторан отмечать сделку.
— Но я вас не знаю! — побледнела Лю Синь. — И вообще, где я?!
— Ты находишься на кыргызстанской Рублевке. И, сама понимаешь, если я здесь живу, значит, далеко не последний человек в этой стране.
— Но ведь я летела не к вам… — тихо сказала Лю Синь.
— Тебе что сказали в Москве? Здесь, в Бишкеке, к тебе подойдут. Вот, считай, мы к тебе и подошли. И с нами ты заключишь договор на поставку из Китая пищевых добавок.
— Но я вас не знаю… И потом, там, в ресторане, вы же убили того, кто, как я поняла, должен был вести со мной переговоры…
— Забудь! Давай лучше выпьем чего-нибудь… Кофе, чай, коньяк, вино или, может быть, водка?
— Нет, я ничего не хочу… — пробормотала Лю Синь и спросила: — Так кто же вы все-таки такие?
— Я полноправный представитель такой же фирмы, как и тот человек в ресторане. И я совсем не против заключить с тобой и твоей фирмой аналогичный договор…
В это время по лестнице спустилась молодая стройная блондинка и, немного манерно растягивая звуки, сообщила:
— Все готово, можете проверить…
С этими словами она протянула прозрачную папку с какими-то бумагами.
— Не барское это дело проверять, — улыбнулся человек, которого Лю Синь приняла за стража порядка, и кивнул девушке.
— Можно, я позвоню в Москву и посоветуюсь?.. — спросила Лю Синь.
— Зачем? — пожал плечами хозяин. — Для твоего шефа сейчас главное заключить выгодный контракт с местной фирмой. Ты заключишь контракт с нашей фирмой. И лети тогда на все четыре стороны.
— Но ведь вы не из той фирмы, — все еще упрямилась Лю Синь.
— А откуда ты знаешь? Может, из той. Давай больше об этом не будем говорить. Подписывай. И сообщай, куда поставлять товар.
Лю Синь на минуту задумалась, а потом сказала:
— Да, я не знаю, с какой фирмой вел переговоры мой шеф. Но я предполагаю…
— Так ты не знаешь, с какой именно фирмой договаривался твой шеф?
— Нет, — покачала головой Лю Синь. — Я, признаюсь, не успела прочитать бумаги.
— Ну вот и отлично. Представь, что ты пришла в свой ресторан «Иссык-Куль» и из-за столика тебе навстречу поднимаюсь я…
— А кто вы такой?
— Ладно, буду с тобой откровенен. Я представляю интересы очень, очень высокопоставленного чиновника. После революции тюльпанов на нем лежит огромный груз ответственности. Поэтому все переговоры приходится вести мне. Вся курортная зона возле Иссык-Куля — это наша территория. Все санатории, лагеря, даже частники платят нам приличный налог за охрану, за поставку продуктов. У нас есть специально разработанные врачами и психологами программы реабилитации. Но все должно работать в комплексе. Нам бы хотелось, чтобы и ваши пищевые добавки все субъекты получали не через какие-то фирмы-однодневки, а через нас. У нас, поверь, есть связи, надежные связи в самых верхних эшелонах власти. И потом… После убийства в ресторане весь бизнес человека, на встречу с которым ты ехала, само собой, переходит в наши руки.
— Что значит «наши руки»? Кто вы такие? — потребовала уточнения Лю Синь.
— Если ты хотя бы немного изучала Восток, то знаешь, что у нас огромное значение для становления человека, особенно мужчины, имеет его род, клан…
— Но как вас зовут? — поинтересовалась Лю Синь.
— Называй меня Султан.
— Хорошо, — кивнула Лю Синь, стараясь понять, как же ей теперь действовать. — Султан, а интересы какой фирмы вы представляете?
— Все просто, я назвал фирму своим именем и именем своего сына. Она у меня тоже «Султан».
— Но мне все-таки не мешало бы посоветоваться со своим шефом, — упрямилась Лю Синь.
И тут Султан приподнялся и, опершись на столик, посмотрел на Лю Синь таким пронзительным, страшным взглядом, что она даже вздрогнула.
