Человек в истории полностью

Одним из основных источников дохода Гальченко осенью 1938-го и 1939 гг. была косовица камыша. Косили его и сам Дмитрий, и его сыновья. В эту осень особенно много требовалось камыша, так как был плохой урожай хлеба, а соответственно, мало соломы, нечем топить. Колхозники покупали солому у крестьян-единоличников, чтобы топить печь, так как осень выдалась холодной, соломы требовалось много.

Даже сделав свою работу — покосив камыш, Гальченко вынужден буквально выпрашивать деньги у работодателей: «…мы хлопотали вес ден чтобы получит деньги за косовицу камыша.» (05.09.1938); «пошли в кантору насчет денег что косили камыш. узнали что денег нет». (29.09.1938); «пошли в гигант и Липшовское не как не получил денег за камыш». (29.08.1938)

Этот вид дохода чрезвычайно волновал различных инспекторов. Гальченко не раз вызывали в сельсовет с тем, чтобы выяснить его размер для обложения налогом. «В сел/сов меня вызывали по поводу камыша что я косил еще летом насчитали на меня 280 снопов и по 40 коп чтобы я им платил за камыш».

Так же доходом в семье Дмитрия Максимовича была любая мелкая работа. Теперь за нее брался не только он, но и его жена и дети, которые уже выросли и стали зарабатывать деньги и помогать отцу. «Колька продал лук», «Колька пошел и перевез его», «Гришка приихал с работы», «…жена и Гришка пошли в кут ловить раки», «Ходили собирали на бахче арбузы по буряну искали и привезли на лодке их потом Гришка пошел в О.Р.С. в ларек Федька собират арбузы».

Подработку найти трудно, о чем он неоднократно упоминает в дневнике: «…ходили но нигде не нашли работы и в хлебе беда нигде не купиш», (17.12.1939); «пошли в кантору и узнали что там нет пока никаких работ». (19.12.1239)

Дмитрий Максимович берется за любую работу, ищет ее зачастую далеко от дома.

В 1938 году сыновья Дмитрия Максимовича работали на предприятиях, он против этого не возражал, даже поддерживал: «…пришел Иван с Гиганта якобы место нашел на яливаторе но до 10 числа нужно ожидать» (05.02.1938). «Ходил до Дуракова они приихали с фирмы Целинского з/совхоза и еще им нужно рабочих и я сними договорился чтобы они взяли и Гришку нашего туда на работу». (05.05.1938)

В 1938–1939 годах мы также наблюдаем крайне тяжелую ситуацию на рынке, да и в целом с продуктами. Товаров или нет вообще, или завозят настолько мало, что их раскупают в считанные минуты. Люди выстраиваются в огромнейшие очереди, ругаются, чтобы купить соль, спички и другие товары первой необходимости. Максим Дмитриевич с женой, как и все остальные, пытаются купить хоть что-нибудь, но всякий раз им говорят, что раз они не состоят в колхозе, то могут очередь даже не занимать, нельзя. Гальченко сталкивается и с другой проблемой: у него нет книжки пайщика, поэтому он не может приобрести некоторые товары.

Не хватало товаров не только в магазинах, но и на базаре: «Пошли на базар купит мяса или скот, но скота не было и мы долго ходили и купить нечего» (04.06.1938), поэтому приходилось покупать их «с рук», зачастую при этом цена завышалась.

Чаще всего возникают серьезные проблемы с покупкой одежды и обуви. «Ничего не купили обутся одется нет ничего». (03.07.1938) При этом, семья постоянно нуждается в обуви. В дневнике часто встречаются упоминания об этом: «…Жена пришла с гиганта совсем босая сапоги совсем розспались» (30.03.1938), «Колька пошел и перевез его он пришел почти босый сапоги его изорвалис». (01.04.1938)

Но и те обноски, которые приходилось носить, нужно было чем-то стирать. Как видно, мыла для одежды тоже не хватало: «В лавке купил мыла для белья на него был кризис».(15.11.1938)