Что до проблемы глобального потепления, то чувствительность климата также может быть проиллюстрирована графиком ожидаемого парникового эффекта в этом столетии с учетом реалистичной оценки скорости увеличения количества CO2 в атмосфере. Эти значения можно выразить в функции плотности распределения случайной величины, но неопределенность всегда остается эпистемической, потому что у нас всегда есть недостаток знаний – особенно в том, что касается непрозрачности атмосферы (это можно сравнить с неопределенностью количества пуль в револьвере, направленном вам в лоб). Функция плотности вероятности глобального потепления может быть изображена в виде плавной кривой, аналогичной столбчатой диаграмме количества пуль в револьвере (рисунок 26). Форма кривой выражает неопределенность.
Наука уже давно приняла реальность антропогенного глобального потепления, но ученые все еще обсуждают масштабы потепления и то, насколько быстро оно произойдет. МГЭИК в основном фокусируется на наилучшей оценке (
Нет консенсуса и относительно действительной формы этой кривой. Тем не менее практически все распределения предсказывают значительную вероятность серьезного превышения порога в 2 оС (что приведет к опасному изменению климата). Что тревожно, существует также значительная вероятность превышения порога глобальной катастрофы. Хотя (как и в случае с астероидом) мы можем только догадываться о реальной величине этого порога, все кривые предсказывают некоторую вероятность потепления более чем на 10 оС, а это, возможно, будет иметь столь же катастрофические последствия, что и падение десятикилометрового астероида, убившего динозавров.
В случае с астероидами мы можем преобразовать оценочную кривую распределения их размеров в функцию плотности вероятности, которая выражает вероятность падения астероида данного размера в данный период времени, и умножить ее на эвристическую «кривую уничтожения» (такую, как полученная Чапменом и Моррисоном). Для этого необходимо поделить кривую на отрезки соответственно размеру астероида. Мы можем создать таблицу: в первом столбце – число ожидаемых падений астероидов диаметром от 1 до 1,5 километров за данный промежуток времени, а во втором – среднее число людей, которых убило бы столкновение такого масштаба (учитывая все возможные сценарии). Затем можно сложить произведения этих двух чисел по всем строчкам и получить вероятное количество смертельных случаев в год.
Чапмен и Моррисон оценивали риск в нескольких тысяч летальных исходов в год. Этот результат противоречит интуиции, потому что никто, как мы знаем, не был убит астероидом в последнее время. Причина, по которой эта оценка кажется неправильной, заключается в том, что в этот конкретный риск определяют события с малой вероятностью и опустошительными последствиями. Риск события, которое происходит раз в миллион лет, но убивает сотню миллионов человек, составляет 100 смертельных случаев в год. Поэтому проще думать, что такое событие произойдет в этом году с вероятностью один на миллион.
Смертность в год – не единственный способ количественной оценки риска и, возможно, даже не самый лучший, но научное сообщество, занятое планетарной защитой, использует его как общепринятый. Эта метрика полезна для сравнения различных факторов и для проведения анализа методов снижения риска по типу «издержки-выгоды». Результатом анализа Чапмена – Моррисона стала очевидная рекомендация: избегание катастрофы. Выньте все боеприпасы из револьвера, который направлен на вашу голову. Лучший способ снизить риск – предотвратить сильные столкновения, и первым необходимым шагом к такому предотвращению является обнаружение. Доклад Чапмена и Моррисона привел к созданию программы
