И это было счастье!.. Простое, солдатское счастье услышать родные голоса, находясь от них за тридевять земель!..
– ...Сына, здравствуй!.. – Этот голос в телефонной трубке всегда вызывал в душе Андрея трепет.
Голос его матери...
– Здравствуй, Ма! Как дела? Как вы там? Как отец?
– Все в порядке, сыночка. Получили вот твой «вызов», съездили в Киев за визами. И билеты уже купили.
– Правда! На когда?
– 8 июля приедем. На недельку.
– Господи! Наконец-то! Как же я вас хочу увидеть! Шесть лет уже прошло! Шесть, Ма!
– Да и мы тоже! Машеньку увидеть хочется. Большая уже, наверное?
– Не то слово! Метр семьдесят росту!
– Ого! Ну и вымахала!
– Да уж, не меленькая.
– Да и Максимку увидеть хочется. Он же нам не чужой – внук все-таки!
– Увидите! Обязательно!
– Что тебе из Одессы привезти, сына?
– Одессу.
– Если бы можно было. А еще что?
Андрей уже давным-давно знал, что ему хотелось бы, чтобы хоть кто-то привез из Одессы, и даже искал возможности и оказии, да только пока не получалось...
– Ма... Привези мне маленький крестик, только освященный. В Одессе. Сможешь?
– Хорошо, Андрюша, я постараюсь.
– Я буду ждать вас, родные мои! И встречу обязательно!
– Ну, тогда до встречи, сына. Мы скоро приедем. Через неделю уже.
...К такой долгожданной встрече с родителями Андрей готовился очень активно. И подготовка эта заключалась в том, чтобы...
Он очень не хотел расстраивать своих стариков! Очень! А они, прожив вместе 45 лет и будучи воспитаны в старых традициях, понимали только так – если есть ребенок, то «муж» с «женой» должны жить вместе. О том, что их сын живет отшельником в крохотной конуре, они не то чтобы не знали, а даже и не догадывались! И даже не так!.. Такую «семейную жизнь» они себе даже представить не могли, с их-то воспитанием и пониманием жизни!
В общем, подготовка заключалась в том, чтобы уговорить Лину не расстраивать родителей и впустить его, а соответственно, и их тоже, пожить эту неделю всем вместе, благо съемная трехкомнатная квартира это позволяла.
В конце концов все решилось именно так, как и хотел Андрей с самого начала. А неделя и уйма потерянных нервов, так что ж – бывало в его жизни и тяжелее, и хуже...
...Уже прошло двадцать минут с того момента, как объявили, что рейс Одесса – Тель-Авив совершил посадку. Уже давно начали выходить в большое фойе аэровокзала те прибывшие, которые умели быстро проходить все пограничные и таможенные формальности. А родителей все не было видно.
Андрей метался у металлического ограждения, как зверь в клетке.
«...Ну! Ну же! Что ж это такое?! Ну, когда же уже?!»
И тут... он их увидел...
«...Господи! Боже ты мой!!! Какие же вы стали!.. Господи Иисусе! Прости меня! Прости меня за все, ибо я грешен пред тобой! И сделай так, чтобы и они меня простили! Молю тебя, господи!..»
