В этой странной борьбе с законодательской казуистикой весна пробежала мимо него незаметно. А к лету у Андрея на руках уже были билеты в Одессу. Туда и обратно. Всего-то на две недельки, с 6 по 21 июля, за которые он должен был успеть очень много. Невероятно много!..
То, что задумал Андрей, осуществить было очень сложно, но... возможно! И именно на это он и рассчитывал!.. Он не хотел «вычеркивать для себя на карте» Израиль – здесь были его дети, Машенька и Максим. Он хотел иметь возможность приехать и повидаться с ними в любое время, но вернуться и жить дальше в Одессе. А для этого...
Для этого всего ничего... Получить разрешение консула на въезд в Украину, а потом за неделю восстановить все документы и получить, уже официально, разрешение на выезд на ПМЖ, чтобы потом, по возвращении, встать наконец-то на этот долбаный консульский учет... Ни фига себе задачка на две недели, когда люди годами ждали разрешения на выезд! Но он не унывал! Он знал, что все получится! Потому что иначе и быть не могло!..
...Андрей, как и год назад, стоял у телефона-автомата и прижимал к своему нетерпеливому уху трубку.
...Отгудели энное количество раз телефонные гудки, и трубка отозвалась голосом Медведя:
– У аппарата!
– Гамарджеба, бидже! Гамарджеба, генацвале! – был произнесен старый «пароль».
– А-а-ха-а!!! Гамарджеба, батоно! Гамарджеба, командир! Как дела?
– Норма! Вот, решил, сам не знаю почему, поздравить с днем рождения одного пенсионера, который Медведь!
– Спасибо, Андрюха!
– И сколько же тебе в этот раз «отвесило»? Совсем что-то с памятью дружить перестал.
– Ага! Перестал он! Кому другому расскажи!
– Так сколько? Двадцать три, тридцать три?
– Сорок три, капитан. Старею.
– Бывший капитан.
– Бывших офицеров не бывает!
– Пацаны?
– Все здесь! Тебя слушают!
– Здорово, командир! – «взорвалась» в руках Филина трубка такими знакомыми и родными голосами. – Как там у тебя дела? Когда вернешься? Когда водку вместе пить будем?
– А моя «пайка»?..
– За то не беспокойся – всегда готова!
– Скоро, скоро, пацаны! Уже совсем скоро – через месяц!
– Ур-ра-а! – Телефонный автомат, из которого говорил Андрей, заметно дребезжал от этого ора. – Неужели насовсем вернешься?
– Пока на две недели приезжаю, а там... Жизнь покажет... У меня здесь двое детей, сами знаете.
– Как, кстати, твой Максим? – спросил, радовавшийся, как ребенок, Медведь. – Взрослый уже? Сколько ему сейчас?
– Полтора года. Смешной. А еще сильный, наглый и упрямый.
– Весь в папу!
– Наверное.
– Ну, так че, пить будешь, ком?
– К Нашему тосту успел?
– Только-только налили...
– Хорошо...
– Сколько тебе дать времени за пузырем сбегать? Небось, как в прошлый раз, не готов.
Филин «с треском» отвинтил пробку проверенной «Немировской с перцем» и налил в пластиковый стаканчик:
– Нисколько – я на одни и те же грабли не наступаю. Или забыл меня уже?
– Во! Это я понимаю! Ну что, готов?
– Готов! Кто скажет?
– Ты и скажешь, Андрюха! – прогудел издалека голос Бандеры.
– Ну, тогда... Пьем Нашу, третью – за тех, кто уже не с нами... За наших братьев, за Тюленя, за Змея, за Джина, за Задиру, за спецотряд «Сова» ... За всех павших воинов... За тех, кого мы знали и не знали! И... земля им пухом!
Андрей по старой традиции пролил треть стакана на землю, а остальное содержимое опрокинул в рот.
– Наливаем четвертый тост?
– Уже готово!
– Быстро!.. «Разводящий» небось опять Док?
– Так точно!
– Тогда понятно... Ну что? Подняли?
– Подняли!
– За них, за нас – за весь спецназ!.. – произнес, как молитву, Филин.
– И за?.. – услышал он голос Индейца.
– ...И за косоглазие противника! – закончил говорить старый тост Андрей.
– Пошла, родимая!.. – произнес Медведь.
– Миша! – обратился Филин к Доку, зная, что тот его слышит.
– Я, командир!
– Налей-ка еще одну...
– Частишь!
– Это приказ! – пошутил Андрей.
– Есть!.. Готово!
– Я хочу выпить за именинника, пацаны! За тебя, Игорек! Будь здоров, стареющий «старый» прапорщик запаса! Будь здоров и счастлив, Игорек! И своих сыновей воспитай такими же мужчинами, как ты! Чтобы было кому продолжить твое нелегкое ратное дело. Будь здоров, дорогой ты мой Медведь! И спасибо богу, что ты есть!.. И мы еще споем с тобой, дорогой ты мой братишка, нашу! Поверь мне дорогой мой человечище! Очень скоро споем!.. А пока... Помнишь ту, нашу?
– Которую в последний раз всей группой в Карабахе под Шушой пели?
– Ее!
– Конечно, командир!
– Тогда поехали?
И Андрей тихо запел:
Самым удивительным было то, что при всех своих заботах Андрей не прекращал писать свои книги. И он уже был готов отвезти в Одессу вторую, которую «мучил» целый год, но все же сумел закончить за месяц до отъезда. Но... теперь это стало его «наркотиком». Он просто уже не мог остановиться! Ему хотелось рассказать о стольком и стольких, что дай бы бог хватило жизни...
И Филин начал писать дальше.
Писать о скитаниях одинокого воина...
