Предводитель был предельно серьезен. Он смотрел на девушку не как на объект вожделения, а словно что-то изучая в ней. Затем отвернулся и продолжал путь с обычным для себя спокойствием. На слова принца он никак не отреагировал, видимо показывая пример концентрации. Рурт еще раз глянул на танцовщицу — та уже переключила внимание на кого-то другого.
Рора, обнаружившая интерес мужчин к полуголой красавице, поравнялась с ними и заглянула принцу в лицо, словно с укором. Но он теперь смотрел только вперед, по примеру предводителя. Рора улыбнулась и отстала. А он сделал вид, что не заметил этого приступа ревности.
Длинная арка закончилась, — дождя уже не было. Одинокая туча ушла прочь от города.
Площадь, на которой они оказались, была заполнена народом. Ее мостовая блестела после прошедшего ливня. Однако нагревшиеся за жаркий день камни уже начали избавляться от влаги, и воздух наполнился испарениями.
— На карнавале бывала? — спросил принц у Роры. Она отрицательно покачала головой.
— Ни разу? А я думал, все утолианцы хотя бы раз, да бывали. Вам же недалеко.
— В моем случае — грустная история… Я собиралась на будущий год вместе с Аролем.
— Извини.
Принц тоже собирался на будущий год вместе с Бризой…
— Это площадь Свободы, — пояснил он. — Отсюда сегодня утром стартовало праздничное шествие. Очень красиво. Оно пройдет до самого порта, а потом по Главной улице — к королевскому дворцу. Там, уже ближе к ночи, состоится грандиозный концерт с фейерверком. В последний день еще более красочное шествие будет в обратном направлении, и здесь, через эту арку, — Рурт показал назад, — праздник уйдет из города, чтобы вернуться в следующем году.
— Да, я много слышала об этом, — кивнула Рора. — А все дни карнавала во всех уголках города будут представления и танцы.
— Так и есть, — согласился, в свою очередь, Рурт — неоднократный очевидец потрясающих действ карнавала.
Отряд пересекал обширную площадь. Здесь было устроено множество закусочных под полосатыми цветными навесами, и те, кто не отправился вслед за праздничным шествием, уже дегустировали вина со всех концов света. Довольные, они бурно обсуждали открытие праздника, собравшись преимущественно большими компаниями. Некоторые, особенно веселые, уже распевали песни.
В двух местах собрали народ приезжие цирковые труппы. Сейчас выступали клоуны. Справа от путников показывали номер с большими шарами. Двое выступающих в желтых костюмах отличались друг от друга только цветом пышных курчавых париков. У одного был огненно-рыжий, у второго — ярко-зеленый. На противоположной сцене клоун, играющий подростка-хулигана, издевался над своим коллегой, изображающим воспитанного мальчика. Номер подходил к концу, и мальчик наконец нашел способ угомонить хулигана: он надел на голову обидчика железное ведро, заставив публику смеяться.
Чуть дальше, на большой деревянной площадке, проводился конкурс танцев. Участники готовились к празднику целый год и теперь выкладывались по полной. На другой подобной площадке проходили театрализованные игры. Костюмы артистов поражали своей красотой.
Но самое большое скопление народа наблюдалось в самом центре площади. Здесь, на высокой круглой сцене, сооруженной у центральной колонны, выступал потрясающий тенор из Кратии. Его звали Клото Ивария. Этим голосом заслушивались самые искушенные любители пения. И оркестр был под стать — талантливейшие музыканты!
Отряду пришлось обогнуть плотную массу почитателей Клото. В этот момент до них донесся красивый голос певца и слова о любви:
Они последовали дальше, круглая сцена осталась позади, и волшебный тенор растворился в других звуках гуляния.
Прямоугольник площади Свободы упирался в ряд трехэтажных домов. Все они были построены по одному проекту, и можно было бы назвать их близнецами. Почти одинаковые фасады отличались только керамическими рисунками, изображающими граждан Бутинамии за различными занятиями. Здесь были ремесленники, ученые, врачи, учителя… Образы были сняты с реальных людей.
Все первые этажи зданий пестрели украшенными специально к празднику сувенирными, продуктовыми и прочими торговыми лавками. Рядом с каждой продуктовой, конечно же, были устроены столы под навесами для покупателей, желающих перекусить и выпить прямо здесь. Таких находилось немало.
Приближаясь к домам-близнецам, путники увидели еще одну площадку, перед которой толпились зрители. Издалека виднелся возвышающийся над толпой трехметровый помост. Оказавшись ближе, Рурт разглядел невысокого мужчину средних лет, одетого только в короткие штаны. Он был худ, но крепок. Замер в стойке уверенного в своих силах человека, взгляд устремился куда-то вдаль поверх разноцветной толпы. На помосте кроме него находились еще двое мужчин в светлых туниках. Они были, похоже, его ассистентами.
