Следующей ночью грабить они не будут, а завтра, ближе к полудню, лодка снова отправится от острова к бутинамским берегам. Капитан, может, и сам возглавит вторую группу. Посмотрит. А Жирод останется сторожить трофеи на острове и смотреть, чтобы другие, вроде Иноги, не принялись делить добро. Если напьются, дело может и до поножовщины дойти. Такое уже бывало. Приходится иметь дело с болванами, поскольку других на такую работенку не просто найти.
Когда окончательно рассвело, берег уже достаточно отдалился. Вскоре береговая полоса вовсе исчезла с горизонта. Во все стороны простиралось море. Ветер был попутный, и Жук рассчитывал оказаться на острове уже через несколько часов. Небольшой парус выгнулся, радуя глаз предводителя. Он ухмыльнулся, глядя на компас.
— Ну что, капитан, доволен?! — Инога улыбнулся, обнажив частые прорехи между зубами. Прорех было гораздо больше, чем самих зубов.
Жук не посчитал нужным ответить. Он думал о более важных вещах, чем одна жалкая вылазка. Он думал о том, куда они отправятся после карнавала. «Чтобы не быть близоруким, я смотрю вдаль» — эта выдуманная им самим установка относилась как к тренировке зрения, так и к его жизненной позиции. Отдыхать поле окончания сунишского «дела» он не собирался. Пока есть везение, нужно пользоваться. Потом уж впору и распрощаться с этими олухами, а то и вовсе отправить их к праотцам, оставив богатства себе и Жироду. С помощником плохо обходиться не стоит — он надежный человек, не предаст никогда…
«А что, если предаст?.. Может… и его со всеми — туда же, к праотцам?..»
Жук вообразил себе картину, когда его верный товарищ и правая рука Жирод приставит к горлу спящего предводителя нож и без зазрения совести полоснет острым лезвием по щетинистой коже.
«Нет! И Жирода вместе с ними! К праотцам!..»
— Капитан, а интересно, кто же все-таки устроил этот пожар в порту? — Инога не мог долго молчать.
— Я! — резко ответил он.
На это лишь безмолвный ступор застыл в лице Иноги.
— Чтобы отвлечь от нас внимание городовых, — добавил Жук. Он был серьезен.
— Да брось ты! Мы же все время были вместе… — Весь вид Иноги говорил о его невероятном удивлении.
— Ну ты и болван! Сам же говоришь, что были вместе!
— Не понял… — Слабый мозг Иноги пытался разобраться в такой нестыковке.
— Что «не понял»?
— Так это… — Разбойник поднял глаза. — Мы, что ли, вместе были?
— Ты же сам сказал, что вместе.
— Нет. Это… когда поджигали…
— Ну и болван! — Жук отвернулся.
Капитан стоял на носу лицом по направлению движения лодки. Ветер поднимал над плечами его грязные волосы, играл спутанными прядями. Легкий плащ развевался снизу, задираясь почти до пояса. Не поворачиваясь к остальным, Жук кинул:
— Псаль!
— А!
— Хоть бы ты над этим болваном посмеялся!
— Ага, чтоб он меня потом ночью того… — Псаль показал, где обычно перерезают глотку. — Пусть лучше Луус с Диким над ним смеются. Мне их бестолковых жизней не жалко.
«Нет, вопрос решен! Всех к праотцам! Когда придет время», — мысленно подвел черту предводитель разбойников.
Подопечные его вдруг оживились.
— Мы тоже не самоубийцы, — вступил в разговор Дикий. Он говорил спокойно, низким трубным голосом, а в плечах был в полтора раза шире обсуждаемого разбойника. — Я, конечно, такой же Дикий, как остров, на который мы плывем, но с этим Многой дело иметь не хочу. Один на один я его в миг поломаю. Но отомстить он момент подберет. Непременно подберет. Такого врага либо сразу убивать, либо…
— Либо что? — заинтересовался Инога.
— Лучше не иметь, — закончил мысль Дикий.
— То-то же! — усмехнулся кривой улыбкой разбойник. — Бойтесь меня! Р-р-р! — дернулся он в сторону молчаливого Лууса, но тот даже не обратил внимания, как будто был слеп и нем. Он был единственным, кто проигнорировал этот пустой треп.
«С кем мне приходится иметь дело!» — в очередной раз изумился Жук. Учебных заведений он не кончал, но считал себя куда умнее всех сидящих в лодке.
Хотя в своей работе — драке и грабеже — эти ребята были настоящими профессионалами.
Капитан посмотрел на Многу — разбойник не вытер с лица кровь — конечно, чужую, не свою. Сегодня ночью он «уложил» одного особенно буйного парня, не желающего расставаться с драгоценными камешками. Как заявил этот парень, дорогое украшение было приобретено для любимой супруги. Только для Иноги это не было уважительной причиной. Сапожный нож его тоже в крови…
Дикий, тот редко применяет силу. Он огромен. Связываться с ним, а тем более влезать в драку захочет лишь сумасшедший. Хотя и такие попадались. Потом жалели, если могли.
В общем, с такими ребятами не страшно идти на «дело». Но в промежутках между «делами» Жук просто не мог их ни видеть, ни слышать. Поэтому большую часть пути, стоя на носу, смотрел вперед, в направлении острова Лок. Там он сможет на какое-то время оставить свою компанию, побыть один, подумать, помечтать…
