1 октября 2020 года — новые правила Фейбука, касающиеся групп и цензуры. Отработав методы эмоционального заражения, создания, раскрутки массовых движений и их переноса из онлайна в оффлайновую реальность, Фейсбук переходит к отработке бихевиористских методов роевого управления. Создание и усиление роевой повестки будет происходить за счет активности самих пользователей, через приватные группы. Алгоритмически будет поощряться создание пользователями групп с повесткой, одобренной Фейсбуком, и наоборот, наказываться создание групп с «неправильной повесткой». Поощрение через показы уже сейчас монетизируется, в перспективе введение Фейсбуком собственной криптовалюты, уже готовой для запуска в 2019 году, что резко расширит возможности монетизации контента. Наказание — ограничение возможностей социализации человека и монетизации активности, в том числе произвольная ликвидация групповых и персональных аккаунтов. Представляется, что через такие группы и будет работать рой, и будет вырабатываться в том числе и роевая санкция, которую нужно будет получать каждому на любой значимый поступок.
Мы видим, что 2020 год стал поистине прорывным в деле взламывания человеческой личности и управления ею. Началось со скандалов вокруг систем распознавания лиц, которые стали широкомасштабно использоваться полицией отнюдь не только Китая, но и США, Великобритании и других стран. Большие СМИ стали писать о монополистических практиках крупных технологических корпораций, об их методах уничтожения конкурентов и разгрома организованного сопротивления, прежде всего в сфере трудовых отношений.
Правда, разоблачения появились в ограниченном круге изданий, предназначенных прежде всего для тех, кто принимает решения, и критиковались не сами бизнес-модели «капитализма слежки», а лишь некоторые, самые вопиющие эксцессы некоторых платформ. Обуздание этих эксцессов, без сомнения, только бы укрепило систему. Однако вскоре начался коронавирусный кризис, в ходе которого правительства, почти всех стран мира, стали спешно принимать решения, которые фактически узаконили немыслимые еще недавно практики массовой слежки и перекладывания чиновниками ответственности на алгоритмы.
В этих обстоятельствах были открыты новые окна Овертона, упомянутые выше. Первое закрепляет в массовом сознании приемлемость превращения человека в киборга через чипирование. Если раньше тех, кто предупреждал об опасности неинвазивного чипирования, маргинализировали, высмеивали и демонизировали, то теперь как само собой разумеющееся стало обсуждаться вживление чипов, с помощью которых можно управлять человеком, под кожу, сверление дырочек в черепе для установки датчиков прямо в мозг. Свиньи пока заменяют в опытах людей — но именно потому, что те, кто принимают решения о запуске подобных технологий в массовое применение, и те, кто имеют право вето на запуск этих решений, не видят никакой разницы между людьми и свиньями.
Информация о человеческих секретах и тайнах собиралась всегда, и человеческие эмоции с незапамятных времен использовались для манипуляции. Но все же в прежние времена это было скорее искусством, а не наукой, и базировалось прежде всего на догадках, профессиональной интуиции и харизме вождей, политиков, звезд массовой культуры. Специалисты по массовой коммуникации лишь помогали этим людям проявить свои таланты общения. Например, таким харизматиком был Билл Клинтон. Сейчас же речь идет о приложении всей компьютерной мощи, накопленной человечеством, всей собранной базы данных и знаний к постоянному измерению на микроуровне и анализу чувств, характера, мотиваций каждого человека в режиме реального времени. Эти измерения и анализ тут же применяются для заданного изменения поведения человека.
Юваль Ной Харари говорил и писал в своих популярных книгах, что для того чтобы хакнуть человека, нужно проникнуть в его мозг. Он рассказывал о том, что наступит момент, и нанороботы пойдут по сосудам человека, и они будут способны управлять им изнутри. Однако Харари рисовал образ опасности там, где её пока нет, между тем как актуальная опасность гораздо ближе, чем кажется и чем говорит Харари.
