— Этот! — уверенно выпалил Доронов, зачеркнув еще десяток фамилий. — Лопаев Григорий Николаевич, инженер-геолог. Работал в наших краях, прописался в Ленинграде год назад. Он!
— Может быть, но список будем смотреть до конца. Отложи его материалы в сторону.
Когда изучение списка было закончено, Ильичев приказал:
— Отправляй немедленно срочные запросы в областное управление внутренних дел, во все районные отделы области… Ленинград и Москву. Нам необходимы все данные, какие есть. Не забудь запросить предприятия, где работал Лопаев. Со всеми сведениями — ко мне!
Сведения начали поступать на другой день.
Ильичев с получением каждой новой бумажки все более мрачнел.
С прииска, где Лопаев несколько лет проработал начальником драги, пришла самая лучшая аттестация: «Волевой, опытный инженер-геолог, умелый организатор. Награжден грамотами за перевыполнение плана добычи золота…»
Администрация другого прииска сообщила, что Лопаев в бытность свою начальником участка проявил себя своевольным руководителем, грубил рабочим, что, однако, не мешало, его участку быть лучшим на прииске.
Все остальные служебные характеристики ничем не отличались от этих.
— Если по физиономии судить, — рассуждал Доронов, вертя в руках фотографию Лопаева, — то его впору министром назначать. Выгодная внешность. Странно, чтоб такой пошел на преступление. Зарабатывали с женой много, квартиру в Ленинграде сохранили. Сын в академии учится. Пенсию должен получить. Непонятно, что еще человеку нужно?
— Все это так, — резонно заметил Ильичев, — но заняться им надо. Мало ли какие мотивы могут тут быть!
На столе требовательно зазвонил телефон.
— Капитан Ильичев слушает!
Видимо, сообщали что-то очень важное, так как лицо Дмитрия посуровело, а пальцы левой руки стали что-то машинально выстукивать по столу.
— Спасибо, спасибо, дорогой! На чай приедем обязательно. А ты уж там встречай гостя получше!
Ильичев положил трубку на рычаг и, повернувшись к Доронову, сказал:
— Только что самолетом из Ленинграда прилетел инженер-геолог Лопаев…
Приисковый врач разрешил молодому старателю Павлу Алешкину выйти на работу.
— Только смотри, первые дни на левую руку сильно не нажимай, а то опять на бюллетень посажу! — пригрозил он.
Прыгая через ступеньки, Павел одним духом спустился вниз, на главную и единственную улицу поселка, и широко зашагал к конторе.
— Здоров, как бугай, — весело сообщил он в отделе кадров, сдавая больничный лист. — Утром подамся в тайгу, к своим ребятам! Небось они меня уже и с довольствия сняли.
