Как бы то ни было, раз и навсегда я сделала положительное заключение о Сэме и без раздумий отдалась чувствам. Я не играла. Это были чувства зрелые, влюблённость иного рода, чем когда-то с Николасом. Николаса любило только моё сердце, в то время как мой разум восставал против этого. В моём отношении к Сэму была гармония чувств и разума. Это прекрасно – быть влюблённой в хорошего человека. С тех пор как мы стали с ним видеться, я не хотела даже смотреть на других мужчин. Мне никто не был нужен. Я очень уважала Сэма. Безусловно, никто не идеален, и пусть он не был честен со мной до конца, но я верила, что его порывы благородные, а сердце чистое. Я не могла заставить его полюбить меня, если он не хотел этого, но я была счастлива чувствовать свою любовь к нему. Жаль только, что он мне не поверил.
Много воды утекло с тех пор. Жизнь продолжается, но иногда проявляют себя затоптанные воспоминания, и становится грустно от осознания, что у моих отношений с тем, кто мне действительно был дорог, не было ни одного шанса. Я не знала правил общения между противоположными полами в Великобритании. Я знала, как это делается у нас, и недооценила разницу менталитетов. Некоторых мужчин различия привлекают, но по-английски консервативный Сэм предпочитал стопроцентную предсказуемость.
Он знал, что ещё очень молод и ветренен, и испугался, что причинит мне боль, если закружит меня в коротком романе, а ведь я была готова и странным образом даже желала принять такой поворот событий. Уж лучше перегореть и погаснуть, чем испытывать тягучее и непонятное чувство, на которое он меня невольно обрёк.
А вообще, мне кажется, дело в том, что он сразу и очень хорошо осознавал, какого рода девушку ему следует хотеть, а раз так, то знакомство с ним изначально было ошибкой, он это знал и не хотел вводить меня в ненужное заблуждение. Однако так оно и получилось: заблуждение. Я заблудилась в нём. Подруги говорили, что я маюсь ерундой, а он волк в овечьей шкуре. Я возражала им. Да, я была наивна, ну и что. Мне очень хотелось в него верить. Окончательной правды о нём я не знала, и мне оставалось только строить предположения. Я, наверное, никогда так и не узнаю о нём правды.
Недавно я увидела его на улице. Он был с девушкой. Я шла одна, разговаривая по телефону. Заметив меня, он вздрогнул и опустил глаза. Моё сердце бешено заколотилось, я очень разволновалась оттого, что увидела его, но он притворился, что погружён в свои мысли и не замечает меня. Не став его смущать, я молча прошла мимо. Он также бессловно оглянулся мне вслед.
Немало воды утекло с тех пор, как я видела Сэма в последний раз, с тех пор как я стёрла его номер в моей записной книжке. Но как символ наивной и нелепой верности ему, я больше никогда не ходила на свидания с другими в тот парк у реки и никому не посылала двойных поцелуев «хх».
Будильник прозвенел, но я не встала, не хотелось подчиняться безумному электрическому гудку. Позже, часов в двенадцать, меня разбудил смех детей, играющих во дворе. Я вскочила, выглянула в окно. День был в самом разгаре. Хотелось выбежать на улицу мгновенно, не теряя ни минуты. Я не стала тратить времени: расчёсывать волосы и одеваться. Я выбежала во двор как есть: лохматая, босиком и нагая (хорошо, что это был сон!). Весёлая, я закружилась вокруг себя, забавляя этим танцем детей во дворе. На секунду дыхание перехватило, и я остановилась, посмотрев вокруг осмысленно, без этого бешеного кружения, и неожиданно увидела мужчину. Это был тот самый, кого узнаешь из тысячи «по словам, по глазам, по голосу», чей образ «на сердце высечен ароматами гладиолуса».[64]
Ах, ну почему так всегда? Встречаешь свою судьбу, когда меньше всего к этому готова? Выглядишь не лучшим образом, ведёшь себя легкомысленно, да ещё и настроение слегка пьяное. Мало ли, что он подумает…
Он не подумал ни-че-го. Просто смотрел на неё, не обдумывая, как она выглядит или ведёт себя, не замечая её взлохмаченных волос и наготы. Мужчина не видел её, потому как увлечённо наблюдал за маленькой, едва различимой капелькой пота на её теле, такой нежной и восторженной, похожей на каплю росы на траве, стекающей по выпирающей косточке шеи на плато груди. Вот капелька на минуту застыла, повиснув на розовом взволнованном соске, – и сорвалась по прямой на низ живота. Там, подобрав ещё одну капельку, вместе с ней дружным ручьём стекла вниз по ноге, куда, он не мог уже разобрать…
Подняв глаза, мужчина натолкнулся на испуганный взгляд девушки, от которого смутился. «Почему она испугана? Она за мной наблюдала? Кто она такая?» Он захотел отвернуться, но она, почувствовав это, сказала:
– Пожалуйста, останься.
Он остался, хотя ему предстоял день встреч и переговоров с президентом и вице-президентом, ужин с премьер-министром, а вечером бал у королевы-матери. Слишком доверчивые глаза были у девушки, и слишком изящная капелька пота только что скатилась по её телу. Он понял, что не может сказать ей «нет», ему не дано её потерять.
