Данное создание чем-то напоминало фей из сказок и мультфильмов. Его белый цвет переливался перламутровой дымкой с голубым оттенком и это завораживало.
– Ну наконец-то! – огонек издал тонкий, почти писклявый голос и приблизившись к зеленоглазке более четко и разборчиво произнес, – Ты чего раскомандовалась тут? Гляньте-ка, голова у нее болит… Потерпишь! Я дух, а не нянька. Встала и у шуршала отсюда, пока чем-нибудь тяжёлым не огрела! Поняла?
Огонек шустро метнулся в сторону и завис.
Зеленоглазка поморщилась. Неспешно открыла глаза и замерла, рассматривая данное чудо внимательнее. Болезненные ощущения отошли на второй план, а абсурдность ситуации дезориентировало.
– Дух? Серьезно? Эй, хорэ фигней страдать…
Спутанность мыслей из-за головной боли не давало возможности объективно оценить ситуацию. Она только вопросительно выгнула бровь и рассерженно цыкнула.
Спустя пару минут взаимных гляделок, зеленоглазка осторожно поднялась на локтях не отводя взгляд от святящегося шара и постаралась более внимательно всмотрелась в существо, которое находилось перед ней, но кроме яркого света, с нежным голубым оттенком ни увидела ничего.
– Эй, народ, не смешно… Вырубайте фонарик и дайте полежать. Этими спецэффектами меня не напугать. Тоже мне духа нашли… Да я на Хэллоуин и похлеще делала.
Зеленоглазка осмотрелась в поисках тех, кто устроил данный розыгрыш.
– Я – дух! Мозг включи… или включать нечего? – шар раздраженно метнулся в сторону, облетел зеленоглазку по кругу и завис перед лицом, – А, так ты «пустая»? Блин, сразу бы сказала и вопросов бы не было. Ну точнее они есть, только уже другого плана. Ладно, сейчас…Эээх…
Огонёк дернулся и спустя несколько движений, перед девушкой появилась маленькая девочка лет восьми-десяти.
Огненного цвета, слегка волнистые волосы до талии были небрежно собраны в два хвостика. Большие как у куклы глаза – зеленого цвета, припухлые щечки и небольшой курносый носик делали это создание до умиления милой, а ночная рубашка, которая явно была ей большивата, неуклюже свисала с одного плеча. Шлепая босыми ногами по каменному полу, она направилась в сторону зеленоглазки.
Застыв как статуя, Софья не могла отвести взгляд от этого чуда. Ей с трудом давалась осознание реальности данных событий, а шок от увиденного был такой силы, что девушка перестала даже моргать.
Чувство паралича сошло после резкого звона в ушах, который заставил Софью поморщиться и прийти в себя. Красавица, осторожно словно боясь спугнуть столь дивный сон, приподнялась, чтобы более детально рассмотреть данную девочку. Страх растворился, освобождая место любопытству, а милашка неспешна подошла к ней с детской наивной улыбкой спрашивая:
– Чего застыла? Спокойней, давай только без истерики, хорошо? Не люблю шум. Мёртвым нужен покой, сама понимаешь.
Зеленоглазка понимающе качнула головой.
– А ты кто такая?
– Человек! Вроде… – красноволоска, не спеша, словно под гипнозом ответила на вопрос. А после перевела взгляд на мерцающий факел около двери в метрах в трех.
Мысль скрыться с данного дурдома, как мощный локомотив пронеслась в голове, заставляя морщить нос от давящей боли в висках.
– Ха-ха-ха… Человек? Я вижу, что не гидра. Я имя спрашивала вообще-то.
– А, имя. Имя… Имя… Я… Я… Я не помню. Я ничего не помню…о себе…
Очередная болевая, пульсирующая волна прошла по вискам. Девушка зажала руками голову и застонала. Малютка удивленно приподняла бровь, хмыкнула и немного качнулась на пятках.
Голубого цвета кристалл в железной оправе возле двери замерцал в такт движениям данного чуда, еле-еле освещая только небольшой кусочек каменной стены, и спустя пару минут погас, оставляя в помещении только ночную темноту и бледно-голубую мерцающую девочку.
– Не помнишь? Хм, значит будешь Руби, а я Карина! – Она мило улыбнулась, а после присела в реверансе.
– О-очень приятно, – слегка запинаясь и не шевелясь произнесла девушка, – а почему Руби?
Голос зеленоглазки дрогнул. Страх бушующей волной начал накатывать, заставляя тело чужеземки дрожать.
– Из-за цвета волос. Они у тебя алые как рубин на солнце. Очень красиво. Знаешь Руби, мне неудобно конечно тебя беспокоить, но ты лежишь на моем месте.
– Что? Кто? Я? – красноволоска резко сорвалась с места, мысль, что она лежит в грабу, дала толчок для поднятия тела. Она крутанулась, но не оценив расстояния до края, резко, как мешок с картошкой, упала на пол с высоты равной полу метру.
Оказалось, что гроба нет, есть только какая-то каменная плита с рунами, а под ней нарисованная или правильнее сказать, вырезанная печать.
Множество разных символов сияли легким алым огнем. Масштаб данного рисунка впечатлял, метров семь в диаметре. Каждый символ был изготовлен с невероятной точностью, а от сияния веяло мощью и неизмеримой энергией. Все детали дополняли друг друга до совершенства.
