— Насколько я знаю, уже сейчас во многих странах или уже ведутся, или скоро начнутся разработки на эту тему. У нас этот проект курировал лично товарищ Берия, правда, я не помню, когда сам этот проект начался. Вот я и подумал, вдруг офицер, пахнущий иноземным одеколоном, в курсе таких понятий. Атомная или ядерная бомба — это оружие огромнейшей разрушительной силы. Оно основано на свойстве ядер радиоактивных металлов (урана, плутония и прочих) при определенных условиях распадаться с выделением просто-таки колоссального количества энергии. Подробности сейчас опущу, одно могу рассказать. Немцы и мы во время войны их создать так и не успели. Первые бомбы собрали американцы в 45-ом и использовали их уже в самом конце войны против мирных городов Японии. Демонстративно использовали, без особой военной нужды, единственно, чтобы показать всем, а особенно Советскому Союзу, свою мощь. Они сбросили одну урановую и одну плутониевую бомбы на небольшие, но густо заселенные города: Хиросиму и Нагасаки. Так вот, в этих городах погибло одномоментно примерно по 75000 жителей и в два раза большее число умерло потом от лучевой болезни. (Незнакомый сержант принес и положил на стол гитару). Было уничтожено то ли 3/4, то ли 9/10 всех зданий. И это от одной только бомбы. У нас такая бомба появилась, по-моему, только в 49-ом году. Во многом, благодаря разведкам НКВД и ГРУ: многое мы просто передрали у американцев. Ну, что. Вкратце по атомной бомбе — все. Начинаем концерт художественной самодеятельности?
Майор ободряюще кивнул, и Алексей Валентинович взял со стола гитару. Проверил струны, некоторые подтянул. Попробовал, как «работают» непривычные к гитаре крупные и негибкие шоферские пальцы Нефедова. Не ахти, очень мягко говоря, но что делать? Придется бацать такими. Не на конкурсе, в конце концов, выступает. Энкавэдэшников, как он понял, интересует лишь содержание. Такая себе дополнительная косвенная проверка.
— Первая песня будет о вашем, Михаил Иванович, тезке. Ее в середине войны в первый раз исполнил Леонид Утесов. Называется: «Одессит Мишка».
— Хорошая песня, — похвалил Колодяжный. — Душевная. Насколько я понимаю, Нефедов на гитаре не играл и в тайне от своих близких и товарищей по работе научиться этому никак не мог — просто времени и возможностей у него на это не было. Спойте еще что-нибудь.
И Алексей Валентинович, тщетно, но старательно пытаясь подражать интонациям Льва Лещенко, исполнил песню плодотворного супружеского дуэта Пахмутовой и Добронравова из фильма «Битва за Москву»:
— А почему курсанты? — спросил Куевда. — Вы ведь говорили, что Москву спасли сибирские дивизии.
— Спасли. Но пока их не перебросили, дорогу фашистам преградили, за неимением достаточного количества армейских соединений, в том числе и плохо вооруженные (иногда даже устаревшим или музейным оружием) и практически не обученные отряды народного ополчения, и курсанты подмосковных военных училищ. Потери среди них были ужасающие. Чтобы выиграть время, пришлось пожертвовать даже будущими командирами, как это было при наступлении Юденича на Петроград в Гражданскую.
Ответив, Алексей Валентинович обратился к творчеству Высоцкого: «Он не вернулся из боя», «Мы вращаем Землю», «Я Як, истребитель», «Песня о конце войны».
— Песни замечательные, но о войне, пока, довольно. Что-нибудь о мирной жизни знаете?
— А как же. Могу того же автора.
