— На самом деле, я уже передумала, — тут же переключилась на новую идею Иванна. — Можно попробовать вплавить в янтарный стержень какой-нибудь классический сердечник, а потом этот стержень обернуть пластиковым листом. Со стороны рукояти запаять его, а на кончике оставить выходное отверстие. Таким образом мы получим очень сильный артефакт — пластик будет обеспечивать изоляцию и усиливать тем самым эффект направленного луча…
— Дорогая, у тебя по Чарам какая оценка была? — возмущённо воскликнула до глубины души шокированная Елизавета.
— «Хорошо». А что такое? — не поняла Иванна.
— А ничего, что пластик твой будет изолировать не только внутреннюю магию палочки? Как ты собираешься ей импульс сообщать?
— Ай! — Иванна шлёпнула себя ладонью по лбу. — Идиотка. Ладно, будем считать, что я пошутила.
— Ты пока ещё какую-нибудь бредовую идею роди, а я пойду пенку с варенья сниму, если ты не возражаешь, — предложила Елизавета.
— Ага, давай, — раскисшая Иванна прервала связь.
Лицо матери, сотканное языками пламени, исчезло. Иванна подошла к столу, где лежал её блокнот и, достав из кармана рубашки карандаш, принялась методично зачёркивать последнюю несработавшую идею.
Работа в артефактной мастерской, как в очередной раз убедилась Иванна, могла быть делом не менее грязным, чем работа в алхимической лаборатории. После ряда проб и ошибок она убедилась в правильности выбора профессора Хайдараги, предпочитавшего работать в самых обыкновенных штанах и рубашке, которые не жалко было бы испортить. Идеально удобная для лаборатории, для работы в мастерской мантия категорически не подходила — слишком велик был шанс смахнуть что-нибудь полами с открытых стеллажей и верстаков, которые располагались на нескольких разных высотах. В лаборатории открытые полки всегда были только выше пояса.
— Ива, можно попросить? — в подсобку сунулся профессор Хайдарага. — Я забыл совсем: где у нас медные гвоздики на тройку?
— Сейчас принесу, — кивнула Иванна, откладывая карандаш. — Сколько нужно?
— Пары фунтовых коробок хватит, — ответил профессор и вернулся обратно в мастерскую.
Иванна, которая уже лучше своего научного руководителя выучила, где что лежит, быстро нашла трёхмиллиметровые медные гвозди и вынесла две коробочки в мастерскую, где группа из семи четверокурсников занималась изготовлением футляров для хранения волшебных палочек.
— Нет, Мария, дерево совсем не обязательно должно быть того же вида, что и дерево твоей палочки, — пояснял Хайдарага одной из девушек. — Собственно, суть такого футляра в том, чтобы за ночь палочка могла просто «отдохнуть» от вас…
— То есть, хранение палочки просто на прикроватной тумбочке — нормально, профессор? — уточнила Мария; она, должно быть, была отличницей, так как занимала стол ближайший к профессорскому верстаку. — И палочка от этого не портится?
— Разумеется! Ведь до сегодняшнего дня ты так и поступала? Многие не видят в футляре никакой необходимости, — подмигнул Хайдарага. — Любое дерево снимет с палочки остатки магического фона, особенно — если палочка будет им окружена; в нашем случае — это берёза… О, спасибо, Ива… Генрих, возьми у госпожи Мачкевич гвозди, раздай всем по тридцать пять штук. Александра, помоги Генриху…
Иванна отдала юноше гвозди и окинула мастерскую взглядом. Четверокурсники только что закончили выпиливать из листов тонкой древесины прямоугольные заготовки стенок, дна и крышки футляра, и в воздухе висел запах свежей стружки.
— Так вот, дерево футляра важно, но всё же второстепенно по отношению к ткани, которой вы будете обивать футляр изнутри, так как она будет непосредственно соприкасаться с палочкой, и материалу, который пойдёт на набивку… — продолжал профессор. — Как я говорил на прошлом занятии, обычно используют шёлк, а в качестве набивки хорошо идёт хлопковая вата с высушенными травами — каждый из вас должен был подготовить свою индивидуальную композицию исходя из материалов ваших палочек и личных предпочтений… Также хочу добавить, что для придания дереву футляра определённых свойств, вы можете пропитать его тем или иным зельем… Юра, покажи Ярославе, как правильно молоток держать, а то она сейчас отобьёт себе все пальцы или по лбу себе отвесит. И возьмите молоток поменьше. Всё же, для тройки этот великоват… Как я рассказывал в прошлый раз, мы используем именно медные гвозди потому, что… Ай-ай, Петя, внимательнее, — укоризненно покачал головой профессор, когда один из юношей случайно рассыпал выданные ему гвозди.
Иванна бросилась помогать собирать закатившуюся под верстак медную мелочь.
— Спасибо, я сам, — смущённо запротестовал виновник беспорядка, порываясь тоже залезть под верстак, но Иванна не пустила его, справедливо полагая, что он наверняка несколько гвоздиков проворонит.
Трагедии в том, конечно же, никакой не было, просто всех учеников с первого года приучали к аккуратности со школьным оборудованием.
