Этого просто не может быть! Тёмный лорд повержен! Его Метка не может вот так взять и вернуться. Иванна отчётливо помнила — ещё позавчера ничего подобного на предплечье Каркарова не было. Она попыталась перебраться на ту сторону, чтобы рассмотреть ещё ближе и исключить любые варианты, но случайно разбудила Каркарова, который моментально обнял её, так, что его предплечье оказалось вне её поля зрения. Не желая поднимать панику, она порывисто обняла его в ответ.
— Что с тобой? — встревоженно спросил он; вопрос прозвучал довольно глухо — она весьма плотно прижала его лицом к груди. — Испугалась чего-то? У тебя сердце так колотится…
— Ерунда, сон дурацкий приснился, — отозвалась она, крепче сжимая объятия. — Во сколько сегодня просыпаешься? Тебе куда-нибудь нужно?
— Нет, сегодня я весь твой. Хотя, ещё часок-другой я бы поспал. Кстати, ты рискуешь меня задушить, — отозвался он. — Впрочем, я не против.
— Вот и славно, — не уточнив, что именно славно, отозвалась Иванна, гася светильник и устраиваясь поудобнее, уткнувшись носом в его макушку.
Она решила не поднимать паники преждевременно. Завтра свежим отдохнувшим глазом она ещё раз всё осмотрит, и тогда уже можно будет думать и действовать по обстоятельствам. Что толку сейчас строить стратегии? Не исключено, что ей вообще показалось…
Основательно перенервничав, Иванна думала, что не уснёт, однако незаметно для себя провалилась в сон. Проснувшись, она обнаружила, что руки её не слушаются — она проспала несколько часов, продолжая обнимать Каркарова.
— Ты проснулась? — негромко спросил тот, когда она шевельнулась.
— Кажется. Но я вся затекла, — пожаловалась она.
Шторы ближнего окна были раздвинуты, комнату заливало яркое августовское солнце, ночные — точнее, утренние — тревоги казались пустыми и беспочвенными. Каркаров помог ей перевернуться на спину, поправил ей подушку и, оперевшись на локоть, стал рассматривать Иванну с крайне задумчивым выражением лица, между делом поинтересовавшись: что ей такого приснилось?
— Да, ерунда, глупости, — нахмурилась она, покосившись на его левую руку.
Каркаров проследил направление её взгляда и сначала сам глянул на своё предплечье, потом продемонстрировал его Иванне.
— Я не знаю, как это понимать, — сказал он. — Иногда действительно возникает ощущение, похожее на очень слабое эхо зова Тёмного лорда, за прошлый месяц замечал такое несколько раз. Наверное, мне следует начать паниковать?
Иванна молча коснулась пальцами его кожи, там, где на предплечье едва заметно проступало пятно. Несмотря на то, что она ощущала спокойствие Каркарова, внутри у неё всё оборвалось. Неужели её опасения были небеспочвенными? Неужели приступы тревоги были обоснованы?
— Честно говоря, у меня тоже никаких идей на этот счёт, — вздохнула она. — Я бы, наверное, запаниковала.
— Не уверен, — совершенно серьёзно возразил он, пощекотав Иванне нос кончиком прядки её волос. — Ты бы сказала: «Ну, нет, тут налицо очевидный недостаток данных для того, чтобы делать выводы», — передразнил он.
— Вот и не обязательно, — почесав нос о его плечо, она придвинулась ближе и подтянула одеяло к груди. — Как вариант, я вполне могла бы начать развивать худший сценарий и продумывать варианты действий.
Они ещё долго лежали, строя предположения, несмотря на то, что в начале твёрдо решили не опережать события и не пытаться бежать впереди Хогвартс-Экспресса. За чрезвычайно содержательными беседами пролетела большая часть дня, и из постели они выбрались только ближе к пяти часам, после того, как очень захотелось поесть.
На следующий день Дурмштранг слегка опустел — многие отбыли в Великобританию на Чемпионат мира по квиддичу. День прошёл столь тихо и мирно, будто волнений позапрошлого утра и не было вовсе. После завтрака Иванна заняла ванную, попасть в которую с появлением Анны стало проблематичной задачей (та имела обыкновение запираться там на долгие часы, говоря, что ей нужно писать тексты к песням), потом вместе с Василисой разобрала заковыристый рецепт снадобья для придания волосам блеска, который та вычитала в каком-то древнем издании, затем, после обеда, господа Тсучия допустили её вместе с Каркаровым и Василисой на показательную камерную репетицию, где исполнили три песни из будущей программы, а после все впятером прогулялись по мосткам внутреннего двора.
Засыпая, Иванна и думать забыла о беспокойстве. Разбудил её мелодичный перезвон. Продрав глаза, она зажгла светильник и недоумённо огляделась; понимание того, что это всего лишь вызов по двустороннему зеркалу, пришло не сразу. Звук явно доносился из ящика тумбочки у противоположной стороны кровати. Перебравшись через спящего Каркарова, который даже ухом не повёл на звук, она достала зеркало из ящика и ответила на вызов с твёрдым намерением сообщить оппоненту много интересного о людях, которым не терпится общаться ни свет, ни заря. К её вящему удивлению в зеркале возникла Адя, имевшая весьма ошалелый вид.
— Ива-а-а! — укоризненно воскликнула она. — Ты почему не предупредила, что отдала зеркало Северусу?! Я себя последней идиоткой сейчас выставила!
