Аврор барабанил пальцами по раскрытому блокноту, медля с ответом. На его лице отражалась эффектная работа мысли, однако Иванна вдруг чётко поняла: Талих давно продумал линию разговора и просчитал свои ходы, а сейчас своим молчанием просто пытается её отвлечь.
— Вы знаете, что с гибелью Тёмного лорда было не всё просто, — наконец нарушил он тишину.
— В общих чертах, — пожала плечами Иванна. — Если вы имеете в виду отсутствие исчерпывающих доказательств его окончательного и бесповоротного уничтожения, то да, это мне известно.
Талих коротко кивнул.
— Я с несколькими коллегами вхожу в состав международной группы, занимающейся именно этим вопросом, — сказал он.
— А отец работает с вами? — спросила Иванна, гадая, куда выведет в итоге этот разговор.
— Нет, в нашем расследовании он участвует косвенно, хотя его содействие всегда воистину неоценимо, — покачал головой Талих. — Как я понял, он тщательно следит за тем, чтобы вы не погрязли во всём этом больше, чем есть, хотя, учитывая ваш круг общения, это весьма проблематично. Его устремления вполне понятны — я, как отец отца, понимаю его, сам действовал бы примерно так же, если не жёстче.
Иванна мысленно перебрала варианты ответных реплик, но в итоге только пожала плечами. Время шло, у неё было полно дел, до сути они явно не добрались, а её собеседник всё не спешил раскрывать карты, что исподволь начинало действовать на нервы.
Если бы ему требовалось узнать нечто конкретное, он просто задал бы вопрос напрямую и вряд ли стал тратить своё и Иваннино время на пустопорожнюю болтовню. Вероятно, его целью было выудить из неё как можно больше разнообразной информации, а это чревато долгими посиделками.
— Господин Талих, скажите, у вас ко мне какой-то определённый вопрос? У меня сегодня относительно свободный вечер, но, при всём уважении, я бы хотела провести его дома. Вы хотите перепроверить алиби профессора Каркарова? Он почти неотлучно находился при мне с вечера двадцать четвёртого.
— Доктор Мачкевич, конечно, спасибо, что дополнительно подтвердили показания профессора Каркарова, но его не то, что ни в чём не обвиняют — даже не подозревают, — уверил Талих. — Он давно и весьма плодотворно сотрудничает с нами и снискал доверие не только у господина Мачкевича.
С Талиха можно было писать жанровый портрет «Компетентный и корректный, доброжелательно настроенный, но думающий в первую очередь о профессиональном долге и справедливости, аврор за работой», однако Иванна на миг ощутила проблеск эмоций сквозь тщательно созданную маску. Длилось это совсем недолго, Талих мгновенно собрался, задвинув эмоции куда-то вглубь сознания, но Иванна успела различить эхо неприязни. Она не очень поняла, на кого именно направлена эта неприязнь, на неё или на Каркарова, но этого хватило, чтобы насторожиться.
— Господин Талих, могу я связаться с отцом? — спросила она, прежде, чем успела хоть как-то просчитать дальнейшие действия; сейчас как никогда она жалела об отсутствии двустороннего зеркала.
— Боюсь, вы не сможете этого сделать, — отозвался аврор. — …По моим сведениям, он сейчас находится в командировке, — пояснил он после небольшой стратегической паузы, во время которой Иванна отчаянно отмахивалась от дурного предчувствия и настойчивого желания немедленно удрать.
Стараясь не делать глубоких вдохов и вообще дышать реже, Иванна мысленно сосчитала до пяти и сделала свой ход.
— Господин Талих, раз уж вы решили не следовать рекомендациям моего отца и всё-таки привлекли меня — пусть пока и неофициально — в качестве свидетеля, может, вы расскажете, что происходит? — спросила она, после чего взяла свой недопитый стакан и сделала несколько глотков, чтобы лучше сосредоточиться. — Я полагаю, наша сегодняшняя беседа вызвана проявляющимися у бывших Пожирателей Тёмными метками? — попыталась она сдвинуть дело с мёртвой точки.
— Не бывает «бывших» Пожирателей Смерти, доктор Мачкевич.
Голос аврора звучал абсолютно ровно, однако Иванна заметила в его в глазах нечто, заставившее её мгновенно выставить ментальный блок. Ей было совершенно неинтересно, какие чувства испытывает Талих к Пожирателям Смерти, будь те бывшие, настоящие или будущие.
— По выражению вашего лица я могу судить о вашем несогласии с данным утверждением, — продолжил аврор столь же спокойным тоном.
— С вашего позволения, я предпочла бы воздержаться от дискуссии на эту тему, — решительно ответила Иванна, начиная опасаться приступа головной боли — напряжённость нарастала, а конца разговора даже в перспективе не наблюдалось. — Я не чувствую в себе сил для терминологических и философских споров.
— Среди ваших знакомых профессор Каркаров не единственный… кто носит Тёмную метку… — безо всяких переходов продолжил Талих.
