— Вы хотите поговорить о профессоре Снейпе? — Иванна изо всех сил старалась держать себя в руках, чтобы не впустить в голос холодности больше, чем следовало; не стой необходимость контролировать себя столь остро, её позабавило бы, как Талих ухитрился уйти от спорного термина. — Он мой друг, коллега и соавтор моей последней разработки, — отчеканила она. — К сожалению, я не могу сказать, когда именно у него стала проявляться Метка, у меня не было возможности следить за динамикой её возвращения. Сам он придерживается общего мнения, что это не моего ума дело, потому не считает нужным держать меня в курсе дела. Неужели ваши британские коллеги не говорили с ним на эту тему?
— Профессор Дамблдор, под свою ответственность, настоял на том, чтобы мы не беспокоили профессора Снейпа, — Талих был сама любезность, но это уже не вводило Иванну в заблуждение; более того, предчувствие грядущего подвоха всё усиливалось. — Как давно вы с ним знакомы?
Иванна позволила себе недоумённо нахмуриться и спросить, кого под словами «с ним» имел в виду Талих: Снейпа или Дамблдора? Аврор терпеливо уточнил, что интересует его, разумеется, Снейп. Иванна пожала плечами и принялась рассказывать, как в конце восьмидесятых началась её со Снейпом переписка.
— Не помню, восемьдесят восьмой или восемьдесят девятый это был год… впрочем, вы можете уточнить в редакции «Алхимического вестника» год публикации статьи «Хозяйке на заметку». Стандартная передовица, небольшой очерк про оптимизацию приготовления одного матричного зелья, но там походя был дан совет использовать в повседневной практике автоматизированный перколятор. В нашей зелейной среде традиционно такие вещи не приветствуются, всё должно быть согласно многовековым устоям, но мама мне в своё время объяснила преимущества разумных компромиссов и наглядно продемонстрировала положительный эффект применения немагических технологий… В общем, я почувствовала необходимость выразить солидарность с автором статьи (вы знаете, передовицы не подписывают, но тут был очень уж характерный слог, мне показалось, что это одна моя знакомая) и написала длинный конструктивный комментарий в поддержку такого рода оптимизации. Одновременно с этим, как оказалось, профессор Снейп написал ровно противоположный по сути отзыв. Видимо, редакции показалось забавным столкнуть нас лбами, и оба наших комментария были опубликованы в соответствующей рубрике в следующем же номере. Сначала мы переписывались через колонку обратной связи, потом перешли к личной переписке, — Иванна умолкла, выбирая, что ещё рассказать.
— Вам удалось убедить его в правильности вашей точки зрения? — как ни в чём не бывало поинтересовался Талих.
— Нет, он… весьма консервативен и стоек в своих взглядах, — отозвалась Иванна, как только подобрала подходящий эвфемизм к словосочетанию «замшелый упёртый ретроград». — К тому же, кто сказал, что моя точка зрения правильна? Просто особенности подхода к вопросу…
— Скажите, а почему ваша экспедиция в девяносто первом дважды посещала Албанию? — внезапно спросил аврор.
— В девяносто первом? — ошарашенно вытаращилась на него Иванна, которая, по совести сказать, не очень помнила в каком году куда именно их заносило. — Я, честно признаться, с датами дружу плохо, но да, некоторые места мы посещали по несколько раз, так как разные образцы заготавливают строго в определённый сезон, это регламентируется многими факторами… Слушайте, вы наверняка читали отчёт господина Зорича, и кто-то из ваших коллег общался с моими аспирантами. Или вам нужно, чтобы я лично всё подтвердила?
— Видите ли, ваша экспедиция не то, чтобы окутана тайнами, но вызывает много вопросов… — Талих вновь постучал пальцами по столу. — Вы позволите взглянуть на ваше левое предплечье?
От его внимательного взгляда Иванне стало дурно. Не веря в реальность происходящего, она как в бредовом сне закатала левый рукав и продемонстрировала старую татуировку.
— Господин Талих, вы что, чисто теоретически способны предположить, что я могу быть Пожирателем Смерти? — с трудом усмирив кипение возмущённого разума, спросила Иванна, наблюдая, как аврор тщательно изучает протянутую руку, подсвечивая себе Люмосом.
Неужели лимит абсурда на сегодняшний день не исчерпан?
— Видите ли, доктор Мачкевич, моя профессия предполагает работу с любыми, даже самыми невероятными версиями, — совершенно спокойно отозвался Талих. — А высказанная вами только что версия вовсе далеко не так уж фантастична, тем более, вашей татуировкой не так уж сложно замаскировать Тёмную метку…
— Господин Талих, не говорите ерунды, когда Тёмный лорд ещё был способен метить своих сподвижников, я была сопливой девчонкой, не представляющей ровно никакого интереса ни для кого, кроме своих родителей, — Иванна спохватилась, что в её голос проникли истерические нотки, и велела себе дышать реже.
— Право, не стоит себя недооценивать, — аврор убрал волшебную палочку и вновь уставился на Иванну. — Ваш отец — весьма значимая фигура, вас могли попытаться использовать для того, чтобы управлять им.
