— Поиграем в переодевания… Вели Яшке добыть волос Макара и принести сюда. Сам Макар пусть час не высовывается с корабля. Потом иди в Хогвартс и разведай, где сейчас Гермиона. Жди нас во внутреннем дворе, проведёшь к ней, — велела она, и Федора, крадучись, покинула каюту.
Иванна, суетливо постучав мыском ботиночка по соседнему ящику, внимательно изучила скукожившегося и старательно прикидывающегося очередным ящиком Виктора. Конечно, можно было бы попытаться вразумить его в ходе беседы, дать несколько дельных советов, мотивировать его и воодушевить на подвиги, но Иванна за собою нужных талантов не наблюдала и иллюзий на этот счёт никаких не питала, посему психоанализ в этой ситуации был классифицирован как пустая трата времени. К тому же, возможность незаметной вылазки в Хогвартс на дороге не валяется, а лично почувствовать витающие там настроения было нужно вовсе не из праздного любопытства.
— В общем так: я пойду в Хогвартс под твоей обороткой и приглашу эту твою барышню на бал, нормально? — предложила Иванна, вставая с ящика. — Запас Оборотного зелья у меня есть. Ты пойдёшь со мной под видом Макара и будешь перенимать опыт. Годится?
— Вы правда так можете? Ещё как годится! — с надеждой вытаращился на неё Виктор, даже как будто слегка распрямляясь.
— Пригласить — запросто, только не рассчитывай, что я пойду с ней на бал вместо тебя, — хмыкнула Иванна; пошарив в торбе, она извлекла два флакончика Оборотного зелья. — Так, раздевайся, — скомандовала она.
— Чего? — опешил Виктор, потрясённо уставившись на Иванну.
— Свитер свой давай, блузка с оборками на тебе смотреться будет очень подозрительно! — нетерпеливо фыркнула она. — И сапоги давай. Джинсы, наверное, и мои сгодятся… Ну-ка, повернись, — встав спиной к спине с ничего не понимающим Виктором, она сначала похлопала себя по бёдрам, потом его. — Нормально, у меня задница шире, так что сойдут. Всё, давай свитер и бегом к себе — оденься и принеси мне уличную мантию. Одна нога здесь — другая там.
Пока Виктор бегал до каюты и обратно, Иванна успела переодеться (предусмотрительно сняв лифчик и вынув из ушей серьги) и выпить зелье. Едва трансформация завершилась, в каюту сунулся Яков.
— Вить, а ты чего это задумал? — поинтересовался он в предвкушении.
— Секретную операцию, — заговорщическим шёпотом успела сообщила Иванна, прежде чем прибыл настоящий Виктор с двумя мантиями, заинтриговав сокурсника сверх возможного.
Пока Виктор преображался, Иванна посвятила Якова в суть её плана, запретив под страхом смерти рассказывать кому бы то ни было. Выудив из торбы зеркальце (увы, не двустороннее, а обычную пудреницу), она осмотрела новое отражение и сообразила, что неплохо было бы отработать мимику. Она улыбнулась и тут же невольно скривилась: её обычная улыбка в исполнении Виктора смотрелась довольно-таки идиотично. На месте этой самой Гермионы она точно не пошла бы на бал с типом, который так улыбается. Репетиция заняла несколько больше времени, чем она предполагала, но более-менее приемлемый вариант в итоге найден был. Удовлетворившись результатом и быстро забросив вещи в каркаровскую каюту, Иванна решительно повела Виктора и Якова (которые мужественно не проронили ни слова, наблюдая за её мимическими опытами) к Хогвартсу. Неподалёку от замка, следуя на почтительном расстоянии, за ними увязался небольшой отряд тихонько хихикающих девиц с горящими глазами, в которых Иванна без труда распознала викторов фан-клуб.
Во внутреннем дворе вопреки оговоренному их встретила не Федора, а неизвестный гриффиндорский первокурсник, который, раздуваясь от важности, сообщил, что мистера Крама ожидают в библиотеке, и попросил автограф. Иванна, чувствуя себя несколько не в праве раздавать автографы от чужого имени (да и не зная даже, как именно выглядит подпись Виктора), велела гриффиндорцу подойти с этим вопросом завтра. Повернувшись к Виктору, она велела ему «завтра напомнить об этом обещании», тот кивнул в ответ, и Иванна с чистой совестью решительно зашагала в указанном направлении. Виктор и Яков, которым было велено сильно не отсвечивать, молча топали следом.
В библиотеке ей на глаза первым делом бросилась сидящая вокруг старинного рунного атласа компания, которая состояла из Смитов, Луны Лавгуд и Федоры. Последняя уставилась на бравую троицу глазами, от любопытства сделавшимися размером с блюдце.
В какой-то момент лицо Федоры отразило недоумение, она слегка нахмурилась, а взгляд её заметался между «Виктором» и «Макаром». Очевидно, до неё быстро дошло, в чём подвох, так как она сначала уронила челюсть, а затем начала неудержимо хохотать, зажав рот обеими руками, дабы не нарушать тишину в библиотеке. Смиты удивлённо посмотрели на неё, переглянулись и синхронно пожали плечами; Луна на истерику даже внимания не обратила, продолжая старательно конспектировать из книги на свиток пергамента. Сидящие за столами по соседству студенты сделали вид, что проигнорировали вторжение, но всё же исподтишка косились в сторону нарушителей спокойствия.
