— Ого, вот это сервис. Я пешком, как бедная родственница, топала, — возмутилась Иванна.
— Тут ещё лодочки есть, но на них только перваков катают, — добавила Федора, жмурясь от удовольствия. — Эх, красиво тут! Даже в темноте. Чего я раньше не сообразила сюда приехать, своим ходом? Вот закончим — останусь, погуляю!
— Это если нас до того не депортируют или чего похуже, — подколола Мойра.
— Накаркаешь! — показала ей кулак Федора.
На ведущей от станции разбитой грунтовой дороге их ожидала запряжённая фестралом карета. Федора, единственная из троицы, кто фестралов не видела, на ощупь предложила зверю пригоршню кускового сахара и, когда тот исчез с протянутой ладони, с чувством выполненного долга забралась в карету, где её дожидались остальные. Неспешное путешествие в мрачной, какой-то сырой карете настраивало на крайне унылый лад, однако унывать в такой компании было практически невозможно, так что на подъезде к воротам Хогвартса экипаж оглашал окрестности дружными раскатами смеха. Перед тем как покинуть карету, всем троим пришлось очень сосредоточенно успокаиваться и принимать скромный деловой вид: не хватало ещё скомпрометировать Снейпа предосудительным поведением.
Возле уже знакомой Иванне дверцы в стене замка их встречала женщина c постным выражением лица, облачённая в преподавательскую мантию. Она отрекомендовалась как профессор Кэрроу и пригласила следовать за ней. Мойра с Федей жизнерадостно приветствовали госпожу профессора, Иванна скромно пискнула «здрасьте», шаркнула ножкой и изобразила глубочайший интерес к шпилям замка: с применением василисиных глазищ обычный её взгляд обретал проникающую способность ударной дрели — такую характеристику дал Янко, присутствовавший при старте оперативной группы «Хогвартские рисовальщики». Не хватало ещё привлечь лишнее внимание.
Учеников, несмотря на далёкий от отбоя час, в коридорах им не встретилось, сами коридоры были освещены крайне скудно, и вся атмосфера в замке ощутимо угнетала. Всё, о чём писали Смитам аборигены, подтверждалось. Профессор Кэрроу, показав по дороге удобства, проводила гостей в выделенную для них комнату, к несказанной радости оказавшуюся в подземельях, предложила располагаться и сказала, что зайдёт за ними через полчаса, чтобы проводить на встречу с директором. Стоило двери закрыться за ней, Мойра с Федорой испустили дружный вздох облечения — унылая особа откровенно действовала им на нервы. Дальнейшие комментарии резко пресекла Иванна, подняв указательный палец и выразительно покачав головой: она пока не была уверена, что комната безопасна в плане посторонних ушей. Проверив помещение детектирующим артефактом и парочкой заклинаний, она успокоилась и дала добро на разговоры.
— Ну и цаца, — лаконичной характеристикой сполна выразила общие чувства Федора.
Профессор Кэрроу за всё время их краткого взаимодействия вроде бы абсолютно ничем не спровоцировала их антипатию, но, тем не менее, назвать её приятной особой язык не поворачивался.
Комната с тремя кроватями, снабжёнными балдахинами, тремя тумбочками и платяным шкафом была решена в слизеринских тонах и не отличалась оригинальностью по части декора: каменные стены были скрыты гобеленами с растительным узором, пол укрывал ковёр, освещение давали магические светильники в виде канделябров и немного камин. Затолкав в шкаф дорожные сумки и убедившись, что ничего компрометирующего в их отсутствие в комнате найти нельзя, Иванна, Мойра и Федора отправились в туалет — освежиться после долгого пути и заодно осмотреться на местности. То ли общежитие Дома Слизерин находилось где-то в отдалении, то ли в Хогвартсе царила железная дисциплина, но в коридорах им опять не встретилось ни одного студента.
— Старый добрый Хогвартс, — пробулькала Федора, умываясь ледяной водой. — И мы ещё что-то ворчали по поводу сквозняков, — ностальгически вздохнула она, обдувая лицо тёплым воздухом из палочки. — У нас хотя бы повсюду тёплые души с нормальными смесителями были!
— Не знаю, у нас были и тёплые души, и отсутствие сквозняков, — пожала плечами Мойра. — Скукота.
