Побродить по коридорам, в общем-то, не удалось: туркнувшись в несколько закрытых дверей, они вернулись в свою комнату и примерно дождались профессора Кэрроу, которая препроводила их в директорский кабинет, где уже ожидал Снейп собственной персоной. Бывший кабинет Дамблдора мало изменился со сменой хозяина — только птичья клетка пустовала. Складывалось впечатление, что Снейп не приложил ни малейшего усилия, чтобы хоть как-то привести кабинет в соответствие со своими вкусами. То ли предчувствуя что-то, то ли зная о скоротечности своего нового назначения, не имеет такого интереса, то ли просто проводит здесь не так много времени, чтобы заботиться об этом… Запретив себе углубляться в предположения, Иванна по примеру остальных села за накрытый возле камина стол. Профессор Кэрроу, очевидно, на ужин приглашена не была, так что молча ушла куда-то прочь из кабинета. Снейп торжественно поприветствовал гостей, с лобзаниями при этом нападать не стал, лишь пожелал приятного аппетита. Со стороны ужин проходил в полуформальной обстановке, на деле же разговоры вертелись вокруг живописи и погоды. Кто есть кто, Снейп, очевидно, определил довольно быстро и без помощи легилименции. Около девяти они распрощались.
Часом икс было назначено двадцать минут первого, так что заговорщицам даже удалось немного вздремнуть перед ответственным мероприятием. Ровно в полночь они в очередной раз перепроверили свою готовность и приняли низкий старт.
— Дорогу помнишь? — спросила Мойра.
На операцию они шли в своём натуральном виде: в маскировке нужды не было, но по фляжке с Многосущным зельем при себе имели.
— Вроде да, — кивнула Иванна; в крайнем случае, она всегда могла перекинуться в кошку и найти по запаху. — Федя, идём уже!
— Идём, идём, — согласилась Федора, шаря в висящей через плечо холщовой сумке.
— Если мы сейчас же не выйдем — выбьемся из графика! — начала бушевать Мойра.
— Да выходите уже, я догоню, — отмахнулась Федора и засунула в сумку вторую руку. — Сейчас, у меня карандаш укатился куда-то.
Не успела Иванна закатить глаза, как вдруг пламя в камине полыхнуло зелёным и голос Снейпа пригласил их немедленно воспользоваться этим самым камином. Мойра возмущённо всплеснула руками и энергично затолкала в камин обеих товарок, бубня себе под нос соображения о никуда не годной организации. Снейп, который с кривой ухмылкой полюбовался на вывалившуюся из камина в его прежнем кабинете троицу, покачал головой и по очереди подал всем руку, помогая подняться на ноги.
— Я было решил, что вы передумали, — прокомментировал он.
— Нет, мы как раз собирались выходить, — возразила Иванна. — Вы готовы?
— Нет, но разве это кого-то заботит? — пожал плечами Снейп. — Идёмте в лабораторию, там нас не побеспокоят, — он повернулся и указал в сторону внутренней двери.
— Один момент, — остановила его Иванна. — Нужно будет вас расположить горизонтально… рисовать на груди придётся, к тому же долго.
— Кровать подойдёт? — с видом крайней утомлённости спросил Снейп.
Иванна вопросительно посмотрела на Мойру.
— Подойдёт любая горизонтальная поверхность с достаточной освещённостью, — невозмутимо кивнула та. — И, надеюсь, вы не боитесь щекотки. Как некоторые.
Федора демонстративно прикрыла кашлем смех, Снейп, демонстративно проигнорировав непонятные звуки, уверил, что будет держаться, и пригласил следовать за ним. Иванна, двинувшись вслед за Мойрой, велела Федоре караулить в кабинете, настрого запретив рисовать; Федора, отдёрнув руку от сумки, безразлично повела плечом, сказав, что тут и рисовать-то нечего. Взгляд её, тем не менее, хищно гулял по стеллажам с жутковатыми экспонатами.
Пока Мойра деловито раскладывала на чайном столике инвентарь, Снейп на всякий случай принёс из лаборатории высокий табурет, сел на кровать и принялся пуговица за пуговицей расстёгивать сюртук. Иванна, подавив желание напеть музыкальное сопровождение, чаровала световые шары, которые запускала под полог.
— Рисовать начнём одновременно: мне понадобится ваше правое предплечье, Мойре — грудь и живот. Рисунки максимально распределим по площади, чтобы не концентрировался фон, который вы также сможете — по крайней мере, попытаетесь — маскировать притирками. В качестве красителя добавлен йод, он быстро впитается и обесцветится, а на первое время замажем рисунок чисто йодной сеточкой, — оттарабанила она заранее подготовленный текст, закончив со светильниками. — Если будет щекотно — скажите, сделаем анестезию. Если хотите — можете спать.
— Искренне благодарю, — буркнул Снейп, снимая рубашку; он небрежно бросил её рядом с сюртуком и шейным платком в изножье, откинулся на подушки и прикрыл глаза, изображая видимость отсутствия. — Не забывайте поддерживать огонь в камине, если вас не обременит, иначе к утру мы все замёрзнем.
— Простите, не мы, а вы, — буркнула Иванна. — Я буду следить, если начнёте синеть — укрою одеялком, — пообещала она.
— И вот с такой бессердечной личностью приходится иметь дело, — вполголоса прокомментировал Снейп, повернувшись к Мойре, но глаз при этом не открывая.
