Алексей, услышав знакомый голос, опустил голову еще ниже. В командирской милицейской форме перед ним стоял дядя Костя Сергеев, друг отца, который некогда частенько бывал у них дома. Алексей не раз слышал от деда, что «Костя пошел в гору» и стал знатным начальником в милиции.
— Протокол составили?
— Как положено, товарищ капитан! Чистый малолетний преступник.
— Завтра разберемся, а сейчас парня забираю с собой, — сказал Сергеев и повернулся к Алексею: — А ну-ка, Алексей Иванович Громов, прошу следовать за мной.
Алексей, не поднимая головы и горько всхлипывая, встал и понуро пошел за Сергеевым к выходу. У подъезда стоял легковой автомобиль.
— Чушь городишь, Лешка.
— Так надо было, — упрямо повторил Алексей.
— Ну, ежели так, тогда другое дело, — с нескрываемой усмешкой сказал Константин Петрович. — Сейчас и разберемся.
— Садись, Алексей Иванович, — строгим голосом сказал капитан и велел шоферу ехать на Карантин. — Доставлю тебя к деду и матери, и там разберемся, как ты до такого опустился. Они, понимаешь, трудятся в поте лица, как все сознательные люди, рубли зарабатывают, чтоб тебя одеть и накормить, а ты шкодничаешь, как самый паршивый кот!
— Совсем и не шкодничал я, дядя Костя…
— А кто ж тогда окно раскокал?
— Так надо было…
— Надо? — удивился Сергеев.
Машина быстро мчалась по ночному городу. Лучи фар выхватывали из темноты очертания знакомых зданий, заборов, деревьев, но теперь они казались иными, особенными.
Перед домом, когда они вышли из машины и зашли во двор, Алексей ухватился за руку Сергеева.
— Что это, дядя Костя?
В предрассветной темноте было видно, что двери распахнуты настежь.
— Родители дома? — спросил Сергеев.
— В ночной смене… — ответил Алексей, предчувствуя недоброе.
— Пошли, — сказал капитан и, не ожидая ответа, направился к распахнутым дверям.
Алексей с бьющимся от волнения сердцем поспешил за ним. Было похоже, что в доме побывали чужие люди. А когда включили свет, Алексей замер. В пустом гардеробе не было ни дедушкиного костюма, ни пальто матери, ни его новой куртки… Даже скатерть со стола унесли.
— Поработали основательно, пока ты шкодничал, — сказал Сергеев, осматривая комнаты. — Заезжие, что ли, появились?
Алексей молчал. Внутри у него все похолодело. На полу валялась Почетная грамота «Листок Трудового Красного Знамени» — память об отце. Кто-то сорвал ее и с ненавистью растоптал. А на стене, на том месте, где висела грамота, куском древесного угля был нарисован череп и скрещенные кости. Такие черепа рисовал Грифт. Алексей смотрел на стену и не верил своим глазам. Как же так? Он их в милиции прикрывал, не выдавал, всю вину брал на себя, а они…
— Гады!.. Гады!.. А я им еще верил! Клялись в дружбе навек… Это их метка!
— Ты их знаешь? — в голосе капитана звучало откровенное удивление.
— Ага…
Торопливо, глотая концы слов, Алексей рассказал все. Про Филина, Кияна и Грифта, про игру в карты, про то, как хотели ограбить квартиру художника, выкрасть картины, про Лару, про то, как не хотел он идти на кражу…
— Выходит, что ты окно разбил с умыслом? Хотел разбудить и предупредить их об опасности?
— Я ж сразу вам сказал, что так надо было.
— Они за это тебя и били?
— Все трое…
— Что ж ты мне сразу всю правду не рассказал, а? Эх, голова садовая, сколько времени потеряли! — Сергеев ласково потрепал Алексея по голове. — Поехали назад в милицию!
Чутье подсказывало ему, что Алексей поможет ухватиться за ниточку и взять преступную группу.
У ворот Сергеев оглянулся. Алексей стоял около дерева, обняв его руками, и его плечи вздрагивали от плача.
— Алексей, ты что?
— Вот смотрите… мои грядки! Паразиты!.. Они хуже, чем медведка…
Грядка с помидорами, за которой так старательно ухаживал Алексей, была безжалостно вытоптана. Уцелела лишь пара стебельков, и они сиротливо торчали на истоптанной земле…
В милиции Сергеев провел Алексея в свой кабинет. Усадил за стол. Вынул из шкафа и разложил перед ним фотографии особо опасных преступников, на которых был объявлен всесоюзный розыск.
— Посмотри внимательно. Может, здесь и твои знакомые?
Алексей взглянул на разложенные фотографии и сразу указал на одну. С нее смотрел Грифт. Только под носом у него были маленькие усики.
— Это он, дядя Костя, самый заглавный. Только без усов.
— Спасибо тебе, Алеша! Его по всему Крыму разыскивают, а он приютился у нас под боком. Как же мы его проворонили?
— Так он на чердаке отсиживался. Даже никакого загара нет на лице, хотя и говорит, что он моряк и с северного моря прикатил.
— Моряк да еще с северного моря? С севера это точно, но только из тюрьмы, потому и бледный такой, — капитан положил Алексею руку на плечо. — Это очень опасный преступник. На его совести кровь многих людей и крупные грабежи.
По распоряжению Сергеева к заброшенному дому срочно выехала оперативная машина с работниками уголовного розыска. На чердаке никого не нашли. Были перекрыты выезды из города, вокзал и порт. Но все усилия оказались тщетными. Грифта нигде не было. Вместе с ним исчезли Киян и Филин.
