Еще раз прислушавшись к голосам, Пес решительно двинулся вверх, стараясь не слишком шуметь. Меховые унты Торуга мягко пружинили от пола. Кольчуга и те железные части облачения Клиагана, если и лязгали, то на фоне раздающихся впереди звуков они вряд ли были кому-то слышны. Остановившись неподалеку от арки, что вела прямиком в привратный чертог, Сандор прислушался к доносящимся оттуда резким голосам — было ясно, что разбойники о чем-то спорили на повышенных тонах.
— …договоренность! — выделялся хриплый бас Олафа. — Вы двое получаете двойную долю и жратву — а взамен делаете, что говорят, не задавая вопросов!!
— Пока мы просто грабили путников и потрошили древние руины — вопросов и не было! — ответил ему злой голос того чернокожего воина, что Клиган помнил под именем Феззан. — Но это уже не просто преступление — это, мать его, государственная измена!
— Тьфу! — харкнул в сторону Олаф. — И что? Чем золотишко от контрабанды или грабежа отличается от золотишка тех придурков в балахонах, а?!
— Да ты!... — не сразу нашелся, что сказать, Феззан.
— Братишка, не кипятись, — а этот беззаботно-ёрнический голосок явно принадлежит Израну. Правда, чуткий слух Клигана уловил в нем явственное напряжение: — Олаф нам все сейчас объяснит. Я все верно понял: ради пары лишних монет ты, — тут, судя по звуку, главарь снова схаркнул, — помог заговорщикам, убившим Императора, подставив нас под удар? Так?
— Какой, даэдра вас дери, удар? — рявкнул в ответ здоровяк. — Подумаешь, недельку посидим в старых развалинах, пока все не уляжется — велика печаль! Легиону скоро надоест носиться туда-сюда по окрестностям, и мы снова сможем выйти на большак. А еще скоро вернется тот здоровяк, которого мы отправили в глубь руин — и принесет нам целое состояние!
— Если вернется, — фыркнул Изран. — Кто гарантирует, что его там не порвали на куски? Или он не наступил на какую-нибудь ловушку? В таких местах это запросто!
— А если полулицый выжил, — подключился Феззан, — может оказаться, что он действительно Клинок! Тогда не удивлюсь, что он уже выбрался отсюда через какую-нибудь щель, и побежал к ближайшему форту Легиона, чтобы привести солдат и выкурить нас отсюда!
Собравшиеся в притворе бандиты тревожно зароптали, видимо, только сейчас поняв, в какой заднице оказались. Пес почувствовал, что еще немного — и они взбунтуются!
Но Олаф тоже это почувствовал. И принял меры.
— Довольно! — рявкнул он и, судя по лязгу, выхватил оружие. — Достаточно я терпел вас, стойкие оловянные солдатики! Откуда мы можем знать, — повернулся он к остальным, — что не эти два ублюдка в компании с полоумной босмеркой навели на нас Клинка?! Недаром они его оставили в живых! — было похоже, что Олаф сам вдохновлялся собственной речью по ходу повествования. — Они же бывшие легионеры! Может, на самом деле никакие они не дезертиры, а шпионы, выслеживающие таких, как мы, и наводящие потом на логово стражу!
Сандор уже подкрался достаточно близко, чтобы разглядеть спины столпившихся бандитов — числом десятка три — которые смотрели на возвышение у выхода, на котором, собственно, и происходило основное действо. Там, в окружении бывших товарищей, лицом к Олафу стояли Изран и Феззан, предусмотрительно выставившие перед собой щиты. Было видно, что работать щитовым строем, в связке друг с другом, они давно привыкли — видимо, та самая выучка бывших «легионеров» сказывалась.
Мелкой Альтаэль видно не было. Но Клиган надеялся, что на этот раз недалекая лучница догадается сначала выстрелить, а потом уже демаскировать свою позицию. Потому что, скорее всего, ему сейчас придется вступить в схватку — и будет очень неплохо, если эти трое будут на его стороне.
А события разворачивались отнюдь не в пользу двоих чернокожих — как их там, редгардов? Возбужденные речью Олафа, остальные разбойники придвинулись ближе, готовые схватить «шпионов» и прирезать их.
Тут Пес заметил, что стоящий за спинами других альтмер в балахоне, виденный им ранее, сложил руки вместе и что-то зашептал. Между его рук мелькнули синие искры — чертов эльф явно готовил какое-то заклинание! Судя по тому, что желтокожий с мерзкой улыбкой смотрел куда-то в темноту, он заметил спрятавшуюся лучницу.
Сандор понял, что пора действовать!
— Прикрой меня! — бросил он Зои, ринувшись вперед, стремительно сокращая расстояние до ушастого мага.
Тот в последний момент все-таки заметил боковым зрением движение, но было поздно: листовидное стеклянное лезвие вошло в грудь Филавандреля, будто нож в масло! Эльф что-то прохрипел, но пламя на ладонях погасло, и он рухнул на пол.
— Бей! — поняв, что лучшего момента не представится, рявкнул Феззан, и они с Израном синхронно атаковали отвлекшегося на шум Олафа.
Впрочем, светловолосый здоровяк показал, что не зря был главарем шайки — он увернулся от одного выпада, принял на наруч второй, после чего с руганью спрыгнул с площадки, на которой все происходило, вниз, к основной массе бандитов.
Впрочем, это его не спасло: из темноты прилетели две стрелы, одна из которых воткнулась ему в плечо, а другая — в щеку, пробив челюсть.
