— Альтаэль!! — донесся слитный стон с галереи. — Какого хрена ты ОПЯТЬ раскрыла свое укрытие?!
— А? — непонимающе захлопала огромными миндалевидными глазищами эльфийка. — А что такого??
— Ну, как тебе сказать, детка, — устало протянул в ответ Феззан. — А если бы этот Клинок решит нас прикончить?
— А зачем? — снова похлопала ресницами босмерка. — Он же убил Олафа. Значит — он теперь глава банды! Зачем ему убивать свою собственную банду?
Повисшую после этого тишину прервал смех дреморы. Сначала тихий, потом уже куда более заметный, а в конце и вовсе превратившийся в откровенно истеричный ржач!
Пес же лишь поморщился. Вот только банды ему и не хватало…
Израна уложили у подножия одной из стен, на траву. Конечно, его накачали обеззараживающим зельем и зельем лечения, а также замотали торс в бинты — но все равно, ему нужно было отлеживаться еще как минимум сутки. Один из бывших «соратников» пырнул его копьем в живот. Меховая куртка смягчила удар, но лишь слегка — так что добрые полфута дрянного железа вошли редгарду прямиком в кишки! Если бы не некоторые познания Сандора с Феззаном в полевой медицине и не таланты Зои в Магии Восстановления — все могло закончиться весьма печально.
— Мда, — вздохнул Феззан, глядя в огонь костра, когда они обустроились на ночлег чуть поодаль от входа в Вилверин: у склона холма и подальше от воды — а следовательно, и от всякой живности, вроде грязекрабов. Альтаэль как раз легла спать, и бодрствующими оставались только Феззан, Клиган и Зои. — Д… ИК!... Дерьмо, как жизнь-то вывернулась! — рассуждал подвыпивший разбойник. — Вот только вчера, казалось бы, решали с Израном, как через полгодика вернемся в Хаммерфелл. Не хухры, это… мухры, — чуть повел плечами он, — а богачами! И будем себе жить-поживать, винцо попивать… Может, создали бы свою Школу боевых искусств — ну, а что?? Ну там, с упором на имперскую технику боя строем — для наших это было бы вообще, это… в новинку!
Клиган просто молча слушал хмельные излияния Феззана, то и дело сам прихлебывая из меха местное вино. Кажется, его называли «сорт братьев Сурили», по фамилии виноделов, но ему было, в принципе, насрать. Приятное на вкус, в достаточной степени дающее по мозгам — большего и не надо. Все равно всю ночь дежурить дреморе — глупо отказываться от услуг существа, что попросту не нуждается во сне!
Мнения самой дреморы, конечно же, не спросили. Сама она лишь поморщилась и закатила глаза, но артачиться не стала. Как понял Сандор, чтобы не рушить легенду о «могучем бретонском бароне-колдуне, что призвал и бессрочно удерживает одну из Кин в Нирне».
— З-знаешь, Пес, а ведь жизнь — дерьмо! — чуть заплетающимся языком проговорил со вздохом Феззан. Сандор предпочел представиться своим новым попутчикам именно своим прозвищем. Ему показалось, что для разбойников это будет самое оно.
Бывший солдат явно не имел такого мощного опыта в распитии хмельных напитков, как сам Клиган, но все же пытался держаться в сознании.
— О чем это я? — на мгновение задумался Феззан. — А, да! Мы ж с Израном действительно думали, что Легион — отличное место! Кормежка, снаряжение, обучение — все… эти, дела! Но, мать его… — поморщился чернокожий. — Мать его дисциплина нам не давалась! Вот никак!...
Клиган только усмехнулся. Оно и видно.
— Нет, я понимаю там, что баб насиловать нельзя — за такое у нас, в Хаммерфелле, вообще официально на кол сажают! Или член сначала отрезают? — нахмурился в пьяной задумчивости редгард. — А, похрен, я бы и то, и другое с таким уродом сделал! Но не суть… В общем, — собрался с мыслями он. — Но что значит — «не мародерствуй»?! А если я с собственноручно приконченного орка снял кошель и серебряные цацки? Я! ЕГО! ЛИЧНО! ПРИКОНЧИЛ! — ударил себя в грудь Феззан. — Мать-Его-Орка! Со здорове-е-енным таким молотом! — показал размеры орудия воин. Пес поморщился: пьяный редгард при этом плеснул вино ему на штаны. Не то, чтобы ему было жаль штанов — скорее уж жаль вина. — Этот зеленокожий покалечил до этого целую контубернию**, что пыталась его взять! А я ухреначил этого ублюдка в-одиночку! Да я…
Сандор вздохнул и потер переносицу. На сегодня стоило прекращать эти посиделки — тем более, что опьянение от вина как-то уж очень быстро проходило, не успевая доставлять удовольствие.
Он знал это свое состояние. Когда кровь слишком разгорячена чем-то: чаще всего кровью и болью — вино резко перестает на него действовать. Конечно, порою горячка боя была куда желаннее для Бешеного Пса Ланнистеров — но далеко не всегда!
Потом, когда эта горячка пройдет, ему все-таки нужно будет нажраться. В говно, в слюни, топя все то дерьмо, что приключилось с ним в последние дни! И не факт, что в округе найдется для этого достаточно вина. Ну или найдется, но денег при этом не будет! А потому…
Потому надо свести потери имеющегося вина к минимуму.
— Все, хватит! — рыкнул Пес, вырывая мех у пьяного Феззана. — Вали спать, чернуля, пока я тебя не вырубил!
