— Я… — захлопал глазами солдат, лихорадочно бегая взглядом между дреморой и жутким полулицым воином. — Так вы, эээ… за мной? А это?... — снова взгляд в сторону Зои.
— Она со мной, — проскрипел Сандор. — А теперь говори толком: что тут происходит?!
— Т-так точно! — вытянулся во фрунт гвардеец — командирский тон Пса действовал на служивых всех мастей просто волшебно! — Докладывает Иленд Вониус, гвардия Кватча! Мы проводили операцию по прорыву в замок врага и закрытию Врат, но попали в засаду. Почти всех перебили, сэр, — немного отошел от шока стражник. — Мы с Этьеном, — кивнул он на обугленный труп своего товарища, — сумели сбежать. И видели, что остальных увели в башню, — теперь он указал на высокое строение, виднеющееся по ту сторону закрытого моста.
Башня выглядела довольно зловеще: узкая снизу, к своей вершине она расширялась. Иззубренные пики обрамляли её крышу уродливой короной, а из её крыши бил столб оранжевого света, заставляя небо над ней бурлить в чудовищном водовороте.
— Ясно, — буркнул Пес в ответ, не отрывая взгляда от жуткой башни. — С вами был маг, — перевел он, наконец, взгляд на гвардейца. — Где он сейчас?
— Вы про Вервина Онарона? — чуть поднял брови стражник. — Ну, да. Он увязался с нами, сказал, что знает, как закрыть чертовы Врата. А вы… — тут его глаза расширились от удивления. — Вы что, собираетесь лезть в башню?! Да вы спятили!
— Тебя не спросили, кусок мяса, — не выдержав, презрительно фыркнула Зои.
— Так, не отвлекаться от главного! — прикрикнул Клиган на обоих. — Так что с магом?
— Его увели вместе с остальными в башню, — сглотнул Вониус, нервно косясь на грозного воителя в черных латах.
— Значит, ублюдок жив, — сплюнул Сандор. — Все, свободен! Врата там, — кивнул он в сторону скопления скал, из-за которого они вышли и равнодушно отвернулся от стражника, тут же забывая о его существовании. Иленд Вониус лишь облегченно вздохнул: он явно опасался, что от него потребуют идти вместе с отрядом на штурм черной башни. Кивнув своим спасителям, он поковылял в сторону Врат — их сияние виднелось меж скал.
На трупе Кин — дреморы-Керла, как снисходительно фыркнула Зои — не нашлось ничего ценного, кроме тяжеленной булавы из того же иззубренного железа, что и все вокруг. Судя по тому, что рукоять тоже щеголяла острыми ржавыми шипами — у обитателей Плана Мерунеса Дагона были довольно специфические предпочтения.
— Больные ублюдки, — поморщилась дремора, осматривая булаву мертвого собрата. — Что сам Расчленитель, что его рабы — все с прибабахом!
— Все даэдра так или иначе немного с прибабахом, — фыркнула Ирана, чем заслужила недовольный взгляд Зои.
— Смертные тоже далеки от адеквата! — прошипела та в ответ. Но в этот момент Клиган прикрикнул на них, и перебранка угасла, не успев разгореться.
Тропинка, которую они приглядели для себя, шла по склону, что слева обрывался в лавовый океан, а справа ограничивался скальными уступами. Тут и там свисали странные корни, что ранее напомнили Сандору извивающихся червей, а также виднелись заросли странной красной травы и иссохших желтых цветов. От последних Зои порекомендовала держаться подальше — они были чертовски ядовиты. После этой фразы — и очередного окрика Пса — Ирана с кислой миной была вынуждена отступить от многообещающих алхимических ингредиентов.
Их никто не беспокоил, хотя периодически из-за скал по правую руку доносились подозрительные звуки: скрежещущие крики, мерзкий смех скампов и странный шелест, похожий на пламя.
В какой-то момент над тропой навис каменный карниз, с которого свисал странный кокон.
— Это что еще за хрень?! — с омерзением спросил Сандор, глядя на склизкий кожаный мешок, что крепился к каменному карнизу несколькими липкими на вид жгутами.
— Кокон, — чуть брезгливо произнесла дремора. — Сыть скампов.
— То есть? — Пес с подозрением поглядел на мясистый мешок и обошел его по широкой дуге.
— Видимо, труп одного из тех, кого не увели в башню, — пожала плечами дремора. Но, видя непонимание на лице Клигана, пояснила: — Скампы — падальщики. После битвы, в которой смертные проиграли солдатам Мерунеса Дагона, они наверняка растащили трупы по таким вот дальним углам и завернули в коконы. Вот это, — она кивнула на липкие жгуты, которыми кокон крепился к навесу, — их слюна.
— Фу, гадость! — не сдержалась Ирана. На лицах Клинков тоже отразились не самые положительные чувства.
— Точнее, вот эти жгуты — их слюна, перемешанная с калом, для крепости, — с видимым удовольствием перечисляла дремора, видя отвращение, что отразилось на лицах спутников. — А сам мешок — смесь слюны и желчи…
— То есть блевотины, — поморщился Пес. — Потопали дальше. И не сметь прикасаться к этому дерьму! — на всякий случай рявкнул он. Зря, впрочем: Ирана, несмотря на весь свой исследовательский пыл, не горела желанием копаться в скампьем навозе, смешанном с их же слюнями и рвотой. О двоих Клинках и говорить нечего.
