– Не двигайся, или мой электромеч рассечет тебя пополам! – приказал один охранник.
– Предупреждаю: пошевелишься, я нажму кнопку на пульте, и весь пол этого отсека окажется под напряжением.
Маринка послушно замерла, недоумевая. «Так все-таки пульт или меч прячется в этих дубинках? Почему они говорят разное?.. Не знают, чем вооружены?»
«Знают! – отчетливо услышала она голос Кешки.– Эти дубинки – юлицезарники – аппараты, которые умеют делать много дел одновременно. Вообще-то, это пульт управления электроникой отсека. Если включить в них лезвие – будет электромеч»,– Кешка на миг замолчал, а потом, видимо удостоверившись, что Маринка его слышит, обрадовано закричал на всю Маринкину голову: – Как хорошо, что вы, наконец, в норме! Вы пришли в себя после воздействия додика. Теперь вы можете слышать меня…»
– Могу, могу! – перекрикивая Кешку, заверила Маринка, хотя кораблик, наверняка, был бы рад и тихому ответу.
– При чем здесь «могу»? Она, похоже, сумасшедшая! – с тревогой заметил первый охранник.
– А это не заразно? – поинтересовался второй.– Давай-ка лучше током щелкнем…
– Нельзя. Она из покоев Прента вышла! Ты что, не понимаешь? Вдруг она не воришка, а его друг. Вот, если б она туда зайти без разрешения пыталась – надо было бы ликвидировать. В инструкции ясно сказано: «никого не впускать», а про «никого не выпускать» – ничего…
«Я отвлеку их, а вы бегите по коридору. На третьей развилке повернете влево. Там вас уже ждут…» – сообщил Кешка скороговоркой.
– Эй, что ты там делала? – держа Маринку под прицелом своей дубинки, поинтересовался охранник.
Чтобы иметь возможность отвечать, Маринка спешно подсоединила рупор своего переводчика Невероятным усилием воли, она заставила себя не думать ни о чем постороннем.
– Что ты делала у Прента? – грозно переспросил охранник.
– Спала! – честно ответила девочка, а потом гордо добавила.– Или вы считаете, что честный марсианин не имеет права на сон? – едва задав вопрос, Маринка тут же отсоединила рупор своего переводчика. Кажется, такой способ общения с марсианами оказывался действенным. Ни одна лишняя мысль переводчиком озвучена пока не была.
– Имеет,– растерялся охранник,– но не на сон в апартаментах прента! И потом, ты ходишь без браслета – это ненормально. Я не вижу тебя на экране пульта и даже не знаю, как тебя зовут.
– Не разговаривай с ней! – второй охранник, похоже, был настроен куда менее миролюбиво.– Не хочешь ток пускать, так хоть арестуй. Бросай перчатку ареста, я свою дома забыл…
– Не могу! – запротивился первый.– В уставе ясно сказано, что, арестовывая, я должен твердым голосом назвать подозреваемого по имени. Но я же не знаю ее имени! Как я скажу: «Эй, не знаю кто, засуньте, пожалуйста, обе руки в мою самозатягивающуюся перчатку!» Это же будет не солидно!
– Ты ничего не будешь говорить, дубина! – завопил второй.– Дай мне перчатку, я сам все скажу. Ты что, не видишь, как хитро на нас смотрит эта девчонка? Она явно что-то задумала…
Маринка смотрела вовсе не хитро, а возмущенно. Дело в том, что пока охранники спорили, стоя на своих колоннах, Кешка уже один раз прошелся у них за спиной в апартаменты Тетти и вышел обратно. Бедная собака безуспешно пыталась привлечь внимание охранников.
«Подай голос, Кеша, а то эти горе-охранники никогда тебя не заметят!» – просигнализировала Маринка.
«Не могу. Разбужу Прента. Тем более, что эти горе-сторожа могут испугаться и включат ток на полу отсека. Я ведь для них – страшное, невиданное чудовище. Нужно, чтобы они побежали за мной в комнату…»
– Вы вот тут стоите, а в комнате Прента страшное, невиданное чудище сидит! – всхлипнув, заявила Маринка, снова подсоединившись к рупору,– Это оно меня туда затащило!
– Врешь? – настороженно поинтересовался первый охранник, но все же покосился на двери и увидел… – А-а-а-а! – заорал он.– Хвост! Хвост чудовища! – первый охранник побледнел и свалился в обморок, а второй бросился в комнату за Кешкой.
«Вас же могли убить! – ругался Кешка в Марининых мыслях.– Вам просто повезло, что этот охранник потерял сознание. А мог бы и кнопку пульта нажать».
Маринка не обращала внимания на речь кораблика и бежала, бежала со всех ног, покуда на очередном повороте не врезалась в Наташу.
– Скажи Кешке, что ты в безопасности. Пусть уходит! – холодным тоном распорядилась Наташа, схватила Марину за шиворот и… со всей силы ткнула подругу головой в стену.
Боли Маринка не почувствовала. Вместо нее испытала острый приступ удивления: Наташа… ее Наташа… спокойная, уравновешенная даже на уроках Горилловны… и вдруг – дерется. Но все оказалось еще более удивительным: стена не была стеной. Словно сквозь струйки воды, пройдя сквозь стену, Маринка оказалась в… своем номере. Ник сидел на тумбочке в холле. Наташа вошла следом за Маринкой. Марина открыла рот, потом закрыла его, потом снова открыла… Не находя слов, она просто ткнула пальцем в то место стены, откуда пришла, и промычала что-то с вопросительной интонацией.
