— Я прошу тебя об этом, потому что это единственный способ. Моя жизнь в обмен на ее власть — такова была сделка, которую она заключила. Я должен спасти ее. Ты должен убить меня. Понимаешь? Убей меня.
— Я… я не могу сделать то, о чем ты просишь, Беллами. — Майло отвернулся.
— Тогда я не прошу. И я — капитан, помнишь? — Я выдохнул, мое сердце бешено колотилось.
— Беллами, я…
— Только не надо сейчас вешать мне лапшу на уши, золотой мальчик. Однажды я уже умер из-за Катрины. Думаешь, я не сделаю этого еще раз, ради Серены?
— Это было другое, — возразил Майло. — У тебя не было выбора. Мы были обречены на ад. Мы все равно должны были умереть.
— Ну, без нее моя жизнь превратится в ад. — Я сплюнул, встретив взгляд Майло своим ожесточенным взглядом. — Я думал, что ты, как никто другой, поймешь меня. Я думал, что ты, как никто другой, поддержишь меня. Ты сказал, что прикроешь меня… во всем, что будет дальше.
Он молчал, и я мог сказать, что не переубедил его. Я больше не мог тратить время на попытки убедить его.
— Ну и пошел ты к черту, Майло. Не забудь вытащить свой нож из моей спины, когда я буду уходить. — Я оттолкнул его с дороги и побежал к дыре в воде, пока Майло кричал Катрине, чтобы она закрыла ее.
Она пыталась, но была недостаточно быстра. Я прыгнул в воду, там по краям все еще брызгала и обжигала мне кожу, но я не обращал на это внимания. Так быстро, как только могли нести меня ноги, я подбежал к короне, лежащей на земле, и подхватил ее. Затем я направился по темным пустым туннелям, моя судьба была в буквальном смысле в моих собственных руках, когда я бежал короновать свою королеву.
Стены расплывались, когда я проходил мимо. Звуки вдалеке превратились в глухие завывания, которые затихли в моих ушах, словно остатки присутствия призрака. Я почувствовал, как в глаза мне набегают слезы, и зажмурился, чтобы сморгнуть их. Я не позволю себе оплакивать эту жизнь, черт возьми. Я наконец-то понял, что мне суждено делать. Я наконец-то понял, зачем я здесь. И это было для того, чтобы спасти Серену раз и навсегда. С Майло или нет, я придумаю, как.
«Какого черта я все время умираю?» пошутил я про себя. Это был единственный способ смягчить боль от отказа Майло помочь мне. Я все еще не мог поверить, что он отвернулся от меня. Я не мог поверить, что он такой трус.
Когда вошел в тронный зал, то услышал шаги позади себя. Я обернулся и увидел Рассела, его руки были покрыты ожогами, такими же, как у меня, только хуже. Конечно, он бы прыгнул в это отверстие прямо за мной. По крайней мере, это не могла быть Катрина или Ной, или, черт возьми, я бы даже взял МакКензи. Но передо мной стоял Рассел, а не они. У меня все получится.
— Ты вовремя, старина, — сказал я, еще раз оглядывая комнату. Мне стало ясно, что это будет работа для двоих, поскольку в какой-то момент я умру. Я пригнулся за каменной колонной и жестом велел Расселу сделать то же самое. Бастиан нес Серену на руках, защищенный струящейся завесой своей темной силы, когда поднимался с ней по ступеням. Она даже больше не сопротивлялась ему, и ее тело обмякло, как атласный шарф, когда он положил ее поперек трона-алтаря.
Рассел рванул вперед, но я протянул руку, чтобы остановить его.
— Не делай глупостей, — сказал я. — Мы должны сделать это одним способом, с единственным шансом все исправить. Но он узнает, что я иду, потому что он у меня в голове.
Я не мог позволить себе думать. В тот момент Бастиан был поглощен Сереной, но это не означало, что он полностью забыл обо мне. Я не мог думать. Моим единственным выходом было действовать, и действовать быстро.
Я вложил корону в руки Рассела.
— Я иду за Бастианом. Убедись, что она дойдет до нее, несмотря ни на что. Ты пойдешь туда и наденешь корону ей на голову, как только увидишь, что я нападаю на него. Я должен позволить ему убить меня. Это единственный способ для нее выбраться отсюда живой.
Я бросился прочь, прежде чем Рассел успел задать вопросы или сказать что-нибудь бесполезное, чтобы попытаться остановить меня. Но, клянусь Богом, ему лучше сделать то, что я сказал. По крайней мере, я подумал, что здесь больше нет никого, кто хотел бы спасти Серену так сильно, как я. Может быть, только может быть, это и к лучшему, что именно Рассел оказался здесь со мной. Возможно, он был единственным, кто любил Серену настолько, чтобы понять, как выполнить миссию, которую я не мог ему полностью объяснить. Нет, если я не хотел, чтобы Бастиан знал об этом. У Расселла не было причин беспокоиться обо мне, так что он, вероятно, был идеальным кандидатом.
