— Ну, Лили, — пожал я, плечами вертя в руках столь родной «Ноктис», — как говорится — без лоха и жизнь плоха. Но вот разговор у нас сейчас будет длинный, начиная от местной валюты и заканчивая политической ситуацией в мире да географией мира в целом, — Лили вздохнула, понимая, что разговор и вправду будет довольно унылым, но нужным, правда следующая моя фраза заставила её тут же оживиться.
— Заодно, впервые за долгое время, нормально поедим. А то жрать одну монстрятину — себе дороже.
Как же выглядит средневековая таверна в каком-то захолустье? Лучше того что я мог себе предполагать, по крайней мере, выглядела она презентабельнее, чем остальные постройки в поселении.
Двухэтажное деревянное здание с то ли побеленным, то ли глиняным фасадом и идущими хлопьями дыма из каменно дымохода. Маленькие окна со ставнями предназначались скорее для проветривания помещения, чем для обеспечения его светом.
С противным скрипом я открыл толстую дверь, мы вошли внутрь и быстро примостились за столом. Запах и шум улицы тут же пропал, словно на проходе стоял какой-то барьер. Нас тут же окутало амбре каких-то трав, резкий запах то ли алкоголя, то ли мочи, тут нужно разобраться, постреливание угольков в камине и бренчание какого-то франта с эспаньолкой на смазливом лице, который походу сбежал с маскарада или цирка. Ну, или просто местный трубадур.
Всего в этой таверне, было человек шесть. Трубадур в углу, скучающая голубоглазая блондинка с пышным бюстом, протирающий стаканы мужик с еле заметными морщинами, спящий прямо на столе завсегдатай, а еще двое уставших и чертовски голодных путников.
Помещение не было занято и на четверть, но оно и не мудрено — полдень. Уверен, ночью тут всё битком от уставших работяг и протирающих штаны стражников. С нашим приходом франт на пару секунд аж прекратил играть, рассматривая меня и Лили, улыбнулся и продолжил бренчать на своей, вроде как, лютне еще лучше и старательней.
Блондинка же проявила намного больший интерес, оживилась и направилась к нам, а вот мужик и завсегдатай проявили нескрываемое безразличие. Но если второй сделал это по причине общей недееспособности организма, то вот первый походу просто не очень любит чужаков.
Подпорхнувшей к нам девушке мы тут же высказали свое желание — всего и побольше, а также спросили насчет ночлега, на что получили положительный ответ и отдали мы за комнату на одну ночь и стол ломящийся от еды и напитков — три серебряника, итого у нас осталось их всего семь да с десяток медяков.
— Ммм, наконец-то нормальная еда, полцарства за еще одну миску картошечки… — промычал я с набитым ртом, будь моя воля — целый день бы ел и спал, да деньги имеют очень паскудную особенность заканчиваться. Лили же, даже учитывая, что я чуть ли не в два раза больше нее, от меня не отставала. Кстати, сели мы в дальнем углу, подальше от навостренных ушей трубадура.
— Угу, — кивнула та, смакуя ножку курицы, к слову, хоть ела она и в спешке, но всё равно делала это намного более культурно, чем я, даже если сравнивать со мной спокойным. Чувствую себя дикарем.
— Но всё же, — я нехотя отодвинул миску с едой и пододвинул к себе разбавленное вино, — я хотел бы услышать о строении этого мира, а то чувствую себя слепым сусликом. Например — деньги.
— Хорошо, — Лили повторила за мной и задумалась. — Где-то пять столетий назад, вся человеческая раса объединилась в Великую империю, но она просуществовала не очень долго из-за внутренних распрей, а также разных мировоззрений. Но даже так, её следы видны и сейчас, начиная семьями, разные ветви которых могут быть раскиданы по двум странам, и заканчивая самым явным знаком — деньгами. Во всех странах людской расы они идентичны и разнятся лишь узором на краю. Сотня медяков — это одна серебряная монета, сотня серебряных — одна большая серебряная, хотя там скорее сплав серебра и золота, ну и десять больших серебряных — одна золотая. Есть еще платиновые монеты, но они вообще не стоит думать таким как мы, это валюта сильных мира сего, короли, императоры, высокородные маги и подобные. Так что, даже если у нас появится такая монета, это будет не более чем красивая железка, точнее, опасная красивая железка.
— Занятно, нужно будет подумать, каким образом зарабатывать на жизнь, а то вечно такие фокусы с исчезновением кинжалов работать не будут, — на что девушка лишь захихикала, но быстро посерьезнела.
— Нужно двигаться в какой-либо из городов, тут, в глуши, — она развела руками показывая на окружение, — работы для нас нет, разве быть что стражниками или рыболовами.
— Это точно, вернемся к этому вопросу чуть позже. У меня на родине у людей разве что кожа различается, а что насчет этого мира? Какие еще расы есть? Да и вообще о расположении стран интересно узнать.
